Нет, я не оправдываю жестокость конкистадоров — те еще отморозки, но и к древним мезоамериканцам отношусь с не меньшим омерзением. И пусть рыдают историки о погибших цивилизациях — я не думаю, что им понравилось бы жить в том мире, где их могли бы в любой момент схватить, торжественно объявить избранной жертвой для богов и сбросить их вырванное из груди сердце с пирамиды-небоскреба. В беснующуюся от вида крови толпу на Таймс Сквер. Хотя тогда она называлась бы по-другому, но дела это не меняет. Скверна есть скверна.
— Это я заберу, чтобы никто случайно им не воспользовался. Вещь проклятая, — объяснил я ему по-простому.
Ну вот это объяснение Сид понял.
— Давай отсюда убираться, — согласился он. — А эту статую расколотим, слишком много крови на ней.
— Не трогай эту дрянь, — сказал я. — Даже не прикасайся.
Не стоит уничтожать то, что может уничтожить тебя. Почему-то я уверен, что эта хрень не настолько простая, и при попытке ее уничтожить может что-нибудь да произойти. Пусть сейчас я не вижу ни ловушек, ни прочих штучек Древних, но они могут быть так же скрыты, как и все остальные.
И стоит двинуть один рычажок... Вон, створки каменные не сами по себе открываются, а с хитрой механикой. И поди разбери, что может случиться.
— Давай лучше попробуем открыть вон ту дверь. За ней я вижу большой зал, — кивнул я на каменную плиту метрах в пяти за статуей.
— Давай. Как?
— А точно так же, — я дал ему золотую фигурку божка, увидев знакомые отверстия около плиты.
— Хорошо. Раз, два, три, — мы одновременно вставили фигурки, как ракетчики ключи перед запуском.
Дверь дрогнула, открылась со страшным скрежетом...
— Да чтоб меня... — как сказали в том фильме пошли «непереводимые местные обороты».
Только теперь эта реплика принадлежала Сиду. И неудивительно. Зал размерами с предыдущий был доверху забит золотом. Всевозможные статуэтки, нагрудники, золотые головы, украшения... Нет, до удобоваримых и хорошо транспортируемых золотых слитков они не додумались, все добытое переводили в изделия.
— На сколько тут хватит? — обвел глазами кучи золота Сид.
— Я думаю, на лундийское с зунландским королевством точно. Чтобы всех накормить, построить дома и устроить всем сотни лет счастливой жизни. Госпиталя, школы, мастерские...
— Не те у тебя идеи, — вздохнул Сид. — Нельзя никого насильно осчастливить. Богатствами должны владеть только те, кто избран богом.
Вот и все. Наивненько и по-феодальному. Что поделать, если идеи социализма в местном обществе — крамола.
