Орал:
— Э-э, блядь, харэ, мужик! Хватит!
Раз за разом останавливал, хватал за руки и предотвращал попадание удара по цели…
Я стираю со щёк непрошеные слёзы, в деталях вспоминая всё, что произошло всего десять минут назад. Эта поездка напоминает последствия бури — всё самое страшное уже случилось, но осознание приходит с явным опозданием.
Руль в руках Аслана кажется неподвижным, но я вижу, как напряжены его пальцы и кровоточат костяшки. Думаю, сдерживаться в скорости ему мешает только присутствие ребёнка в салоне.
Он молчит, глядя на дорогу, но я чувствую, как внутри него ещё пульсирует глухая, необузданная ярость. Её не дали ему выплеснуть полностью.
Когда я не успеваю сдержать всхлип, Аслан раздражённо выдыхает, вдавливает затылок в подголовник и правой рукой находит мою, сплетая наши пальцы.
Это неожиданное, почти машинальное движение заземляет меня, не давая утонуть в тревоге. Оно не требует ответа, но отозваться на него хочется слишком сильно.
Я отстёгиваю ремень безопасности сразу, как только машина тормозит у знакомого дома. В некоторых комнатах горит свет, чтобы Луне не было страшно одной без хозяина. Полдня она провела в томительном ожидании.
— Проходите, я сейчас.
Аслан первым снимает обувь и куртку в прихожей, быстрым жестом поглаживает собаку и устремляется в ванную. Его одежда испачкана кровью и пылью с асфальта, а ткань местами разорвана. Особенно на груди и спине.
— Мой руки — будем ужинать, — тихо говорю Ами.
Дочь, как ни странно, слушается с первого раза, несмотря на то, что дико рада видеть ретривера. Сейчас бы устроить с ним гонки по комнатам, поиграть с мячом или игрушкой, но вместо этого она съедает всё, что я насыпаю в тарелку. Без капризов и без попыток увильнуть.
Аслан заранее позаботился о том, чтобы к нашему приезду холодильник был полным. Но мне даже кусок не лезет в горло — я не могу отвести взгляд от Тахаева, когда он заходит на кухню в чистой одежде и невозмутимо садится за стол, рассказывая Амелии смешную историю о том, как они с ретривером ехали по городу на машине.
Я слушаю вполуха, ковыряя пасту вилкой. Над левой бровью кожа начинает опухать — синяк, наверное, проявится к утру, но уже сейчас этот участок выглядит красным и припухшим.
Поэтому я резко двигаю стул с противным скрипом, ищу лёд в морозилке и, обнаружив пакет с замороженными овощами, протягиваю его Аслану.
