Когда не хочет целовать и не отвечает взаимностью, хотя я так сильно этого жажду!
Одной рукой он фиксирует мою талию, другой — проникает в меня пальцем. Так остро и так на грани, что даже хлюпает. Я начинаю плакать и стонать, задыхаясь от того, насколько мне хорошо и больно. Насколько плохо и приятно.
Долбанная игра на контрастах.
— Поцелуй… — умоляюще прошу.
Аслан опускает подбородок, нависая ниже, и зло бодает меня лбом. Ещё и ещё. Мотает головой, словно наказывая!
После неловкого столкновения зубами я запускаю язык в его рот.
Соски, царапающие ткань белой футболки, каменеют и мучительно тянут, как будто умоляя о большем.
— Аслан, поцелуй…
Я — сплошной оголённый оголенный нерв, натянутый до предела. Мои руки на его плечах и в волосах. Я бьюсь в панике, потому что тщетные попытки добиться отклика не увенчиваются успехом.
Стиснув пальцы в кулаки и едва сдерживаясь, чтобы не закричать, я бью его по груди. Бью, толкаю, злюсь! Кусаю нижнюю губу и раз за разом натыкаюсь на чёртово упрямство.
Мы дышим сбито и яростно. Аслан отстраняется и дразнит. Приоткрывает губы, сверлит взглядом мои. Его пальцы растягивают меня изнутри, задавая быстрый, точный ритм — словно он правда трахает членом. Господи, он нарочно делает так, чтобы я представляла, как это было бы! В сумасшедшем темпе, влажно и настойчиво, заставляя моё тело изгибаться в ответ.
— Придурок… — невнятно бормочу, ударяя кулаками. — Какой же ты всё-таки придурок…
Крепкое, словно скала, тело даже не шевелится. Ни один мускул на его лице не дёргается, в то время как у меня между ног вспыхивают молнии.
Мокрая, доступная, готовая ко всему, что он предложит! Прямо сейчас, в эту минуту — и ещё много раз после!"
"Я схожу с ума от желания снять все ограничения, сорвать одежду и прижаться кожей к его — плотной, покрытой волосками, местами бугристой. Без принципов и мук совести. Без всякого выбора, потому что раньше Аслан всегда выбирал меня, а теперь я готова выбрать его.
Я двигаю бёдрами вперёд и назад, толкаясь навстречу.
Пот скатывается между грудей, струится по спине и вискам. Сложно сказать, где его нет — в таком заведённом состоянии я не была уже довольно давно.
— Ты мне нужен… — открыто признаюсь.
— Я здесь.
— Ты мне, блин, нужен…
Аслан шумно вдыхает, прикрывая глаза и делая вид, будто не понимает, о чём идёт речь.
— Ты нужен мне больше, чем ей. И принадлежишь мне больше, чем ей. Что бы ты ни говорил.
Аслан мрачно усмехается, покачивая головой.
