– Ишь, расселась! А ну принеси нам кофе!
Я порысила на кухню и осторожно спросила у Натальи Ивановны:
– Извините, пожалуйста, можно кипяточку?
– Зачем? – перекосилась прислуга."
"– Музыканты кофе хотят, – зачастила я, – вы не волнуйтесь, у нас все с собой, баночка растворимого напитка, сахар, одноразовые стаканчики, а вот горячей воды нет.
Наталья Ивановна указала на симпатичный ярко-оранжевый чайник.
– Умеете таким пользоваться?
– Да, да, спасибо, – закивала я, – вы очень любезны.
Домработница, не моргая, смотрела, как я, вымыв руки, раскладываю кофе по стаканчикам.
– Поднос возьми, – буркнула она, – ловчее донесешь. Вон тот, пластиковый.
Я взяла ярко-розовый поднос и спросила:
– Можно прихватить пару бумажных салфеток?
– Зачем?
– Настелю на подносик, чтобы не испачкать, вдруг кофе расплескается!
– Ну бери, – уже не таким ледяным тоном процедила Наталья.
Я напоила музыкантов, потом сложила использованную посуду в мешок, вернулась на кухню, вымыла поднос и спросила:
– А где у вас контейнер для мусора?
– Сюда сунь, под мойку.
– Давайте вынесу, с какой стати вам за нами убирать.
– Оставь, по участку ходить нельзя, – протянула прислуга, – там ландшафтный дизайн, редкие растения.
Я вернулась в каминную, и тут двери, ведущие в глубь особняка, распахнулись и появилась публика: три дамы, сверкающие бриллиантами, и пятеро мужчин в безукоризненных вечерних костюмах. Женщины походили друг на друга, словно яйца от одной курицы: молодые, длинноволосые блондинки с хорошенькими мордочками глупых зайчиков.
Им всем вместе, наверное, не было и шестидесяти лет. Мужчины тоже смотрелись как близнецы: полные, лысоватые, пожилые бизнесмены, мало похожие на Аполлонов и Адонисов.
– Сюрпри-из, – прочирикала самая высокая из нимф и, не удержавшись на каблуках, шлепнулась в одно из бесчисленных кресел с золочеными ножками. Мне стало понятно, что девица основательно пьяна.
– Эт-та чего будет? – спросил один из мужиков.
– Садись, Вова, – велел самый толстый, – концерт слушать станем.
– А… а, хорошо, – буркнул Вова, – клево ты, Аркашка придумал.
Компания уселась, Аркадий хлопнул в ладоши:
– Заводи, ребята.
Музыканты вцепились в инструменты, из динамиков полились звуки, Рита стала приплясывать и разевать рот.
– Вау, тащусь прямо, – завизжала одна из девок. – Начинай, девчонки!
Блондинки, все как одна хорошо поддатые, начали трясти кудрявыми головами и сучить ножками в эксклюзивной обувке. Подняться из кресел и пуститься в пляс девушкам не позволял алкоголь.
