Миссис Фальконе села на пассажирское сиденье моей машины, и один из мужчин сел за руль.
Крик Алессио резко прозвучал в маленьком пространстве. Я попыталась вытереть бензин с головы Алессио, но он прилипал к нему. Потирая его спину, я начала напевать. И все же Алессио продолжал плакать, его маленькое личико покраснело.
Миссис Фальконе поджала губы.
— Заставь его замолчать.
— Ш-ш-ш. — проворковала я, прижимаясь к виску сына.
— Останови плачь.
— Я стараюсь.
— Останови его! Или я это сделаю! — она взвизгнула, повернулась на своем месте и уставилась на нас широко раскрытыми глазами.
Я застыла, моя хватка на Алессио усилилась, но он тоже стал совершенно спокойным, как будто мог чувствовать опасность, в которой мы находились.
Я поцеловала его в лоб, несмотря на бензин, не сводя глаз с миссис Фальконе.
Она кивнула и снова повернулась к лобовому стеклу.
— Я так долго ждала этого момента.
— Пожалуйста. — прошептала я. — Не делайте этого. Вы можете начать новую жизнь.
Она оглянулась через плечо.
— Я не хочу новой жизни. Все, что я хочу, это закончить то, что я начала, разве ты не понимаешь?
Лихорадочная решимость в ее глазах заставила меня содрогнуться.
Я прижалась щекой к голове Алессио.
— Тебе не нужно бояться. Я не причиню вреда ни тебе, ни ему, если мои сыновья сделают то, что я скажу. Он ведь не Нино, верно?
Я сглотнула.
— Мы его усыновили.
— Хорошо, тогда вы двое можете жить.
Все, о чем я могла думать, это ребенок в моем животе, ребенок Нино.
Что она сделает, если узнает, что я беременна от ее сына?
Я старалась не паниковать. Это только передалось бы Алессио и заставило бы его снова плакать. Римо и Нино найдут способ спасти нас.
НИНО
Мы возвращались домой после четырех дней в дороге и без следа нашей матери.
— Мы нужны нашим женам и детям. — повторил я, потому что Римо опасно молчал с тех пор, как я убедил его вернуться в особняк на несколько дней.
— У нас нет зацепки, Римо. Я хочу, чтобы она ушла так же сильно, как и ты, но мы не можем тратить каждую секунду, преследуя ее, не больше, не так, как в прошлом.
— Каждый момент, когда она на воле, это момент, когда она может все разрушить. Ты же ее знаешь.
— Я... — звонок моего телефона остановил меня от дальнейших слов. Это был номер Киары. Я сразу же взял трубку. — Что-то случилось?"
"— Привет, Нино. — сказала женщина, и моему мозгу потребовалось мгновение, чтобы узнать голос, и мои внутренности замерли.
