Потому что за те несколько секунд, что ты его знаешь, ты уже любишь его больше, чем когда-либо любила она.
Нино на мгновение закрыл глаза, и когда он встретился со мной взглядом, они были спокойны, но я уловила вспышку эмоций.
— Когда у него день рождения?"
"— Сейчас узнаю. Я направляюсь в Сахарницу, чтобы поговорить с ней. Джерри сказал мне, что она была в своей комнате с Джоном, когда он проверял.
Я схватила Римо за руку.
— Не убивай ее.
На лице Римо отразились грубая жестокость и крайняя ненависть.
— Она выбросила своего ребенка в мусорный бак, пока трахалась с Джоном, и ты думаешь, что она заслуживает того, чтобы жить?
Я провела большим пальцем по пересекающимся шрамам на его запястье ,и его лицо стало еще страшнее, если это вообще было возможно.
Нино положил руки мне на плечи.
— Киара. Пусть этим займется Римо.
— Может, она не заслуживает жизни, но, может, она и не заслуживает смерти. Выслушай ее, а потом суди. Должны быть другие варианты, кроме как убить ее.
Ее смерть ничего не изменит, ни для ребенка, ни для тебя.
Римо вырвался из моих рук.
— Я уважаю тебя, но иногда твоя доброта ослепляет тебя до чертовой правды. Подойди к нему и посмотри на его живот, а затем повтори то, что ты только что сказала.
Страх поселился в моих костях, обездвижил меня.
Нино, который подошел к кроватке, задрал крошечную рубашку, а затем стал очень тихим, очень опасным, и когда его глаза остановились на мне, я знала, что девушка умрет.
— У него два ожога от сигарет на животе.
Римо посмотрел на меня, его губы жестоко скривились, и он приподнял одну бровь.
— Пожалуйста, узнай о нем, как можно больше.
— Выберите ему имя, потому что он точно не будет носить имя, которое дала ему шлюха, пытавшаяся его убить.
Римо вышел и захлопнул дверь, заставив меня подпрыгнуть.
Я присоединилась к Нино у кроватки и посмотрела на мальчика сверху вниз.
— Никто никогда больше не причинит тебе боль, никто не приблизится. — пообещала я, поглаживая его крошечную головку, а затем щеку, задаваясь вопросом, показывал ли кто-нибудь ему любовь до сих пор.
Мое сердце разбилось, и в то же время что-то более свирепое, темное поднялось в моей груди.
Нино поцеловал меня в макушку.
— Я говорил тебе то же самое вскоре после того, как мы поженились.
— Знаю, и с тех пор ты сдержал свое обещание. Будешь ли ты защищать нашего сына так же, как защищаешь меня?
— Я бы отдал свою жизнь за тебя и за него.
