Проморгав розовое бельмо, сфокусировал взгляд едва–едва. Часть периметра огнями факелов усеяна на навалах, которых прежде не было. Люди к нам спешат, чтобы помочь.
— Не стрелять! Вернулись!! — Кричат с позиций, что метрах в сорока отсюда.
— Прикрывать!! — Орут бешено.
С одной стороны ежи сколотили и телеги пригнали, соорудив целую стену, вижу знакомых туляков с луками на ней. Перпендикулярно им, со стороны Москвы, ещё мощнее линия обороны, судя по знамёнам — это уже калужские, рязанские и другие ратники стоят.
Очень много людей. И видно, ещё тянутся через развалины.
Деян подскочил ко мне с глазами по пять копеек.
— Живой!! — Ахнул. — Ярослав живой!!
— Ярослав! Живой! — Подхватили с позиций и дальше понесли весть.
Ну ё–маё. Живой и живой. Чего так орать–то⁈
Ещё с одним туляком меня за обе руки прямо поволокли по расплавленному грунту, пока уже по мёрзлой земле не потащили. Причём так быстро, я даже вякнуть не успел. Метров через пятнадцать выдохнули, убрав меня из опасной зоны.
А там и курии активнее полезли. Их сразу перекрёстным огнём разваливают, не оставляя и шанса вырваться из эпицентра. Мне особо не видно, я это чувствую по звукам.
Вчетвером перетащили на носилки, кряхтя, и за линию обороны спешно понесли. Только сейчас дошло, что двигаться не могу. Кое–как пальцами шевелю, но в целом конечности не слушаются.
За телегой уложили, вижу и других смельчаков, лежащих в ряд. Водой всех поют, мне подали, голову подперев. Пью, как не в себя. Какая же вкусная!
Отдышаться не успел, магичка–лекарша ко мне подскочила, сразу лечить начала.
— Да нормально всё, просто устал, — пытаюсь отмахнуться. И голос свой сиплый не узнаю.
— Сейчас, сейчас, родной, — слышу от девицы, которая не отстаёт. — Потерпи, голубчик.
На руку свою смотрю. Твою ж мать, всё коркой горелой покрылось. Хера се я зажарился. Но боли уже не чувствую, магические примочки заработали. Как и восстанавливающие тоже.
Не особо знакомая магичка лечит меня, а сама слезами заливается.
Молодая девка, Люты напарница.
— Ну ты чего ревёшь? — Посмеиваюсь. — Нормально всё.
— Да где нормально, — шмыгает носом.
Надо мной туляков десять нависло, все хмурые. Там уже битва началась, а этим хоть бы что.
Поднимаюсь кое–как. Хотели меня ещё придержать, как маленького. Зазудела кожа, стряхнул корку с рук, с лица под ахи и охи. Всё, как новенький. Магичка с туляками в шоке. А я лежу и на звёздное небо смотрю, успокаивая сердце.
