У меня есть дом, но муж, который должен был меня привезти туда, категорически не хочет этого делать. Наш дом, разместившийся почти на выезде в поселковом коттедже для людей с достатком, такой же мой, как и его. Я вложилась в эту недвижимость достаточно. Но сейчас не смогу ощущать там себя спокойно.
- К матери, - снова зеваю, прикрывая рот рукой. Смотрю на свою ногу, вспоминая Горбункова. У меня обошлось без бриллиантовой руки.
Арс снова звонит, и я уверена, что он не просто зол. Он в ярости. Ещё бы: его жена устроила побег.
Это же что теперь о нём станут говорить в определённых кругах? Хотя, можно всё списать на моё помешательство. Пожалуй, так он и сделает.
- Дай свой телефон, - прошу Лапина, и он тут же выполняет просьбу. Я набираю номер матери наизусть. Это один из немногих, что я назову, даже если разбудят ночью.
- Привет, это я, - произношу тихо, сдерживая дурацкий зевок. - Ты дома?
Отвечает согласием, интересуясь, что случилось. Она знает телефон Лапина, он записан у неё на всякий случай. А, исходя из последних событий, случаи бываю разные.
- Приеду через полчаса.
- Тебя выписали? Ты с Арсением?
- Нет и нет, мам. Дома поговорим, хорошо?
Отключаюсь, уверенная в том, что она сразу побежала смотреть, что у неё в холодильнике, потому что одно из черт радушной хозяйки - выложить на стол всё, что имеется.
- А мне ты когда расскажешь про свою Санта-Барбару? - интересуется Сашка, и я кошусь в сторону его напарника.
Не здесь, не сейчас. Может, вообще никогда. Говорить о подобном отчего-то немного стыдно, будто я в ответе за того, кого приручила.
Слышал бы Арс мои мысли. Приручила. Неизвестно, кто кого приручил.
Чёртовы отношения всегда начинаются прекрасно. Все такие милые, обаятельные, страстные. Потом эти свадьбы, расширение семей. И на тебе, как снег на голову, известие.
«Здравствуйте, у вашего мужа любовница и приплод».
Вспоминаю про детектива, только он не торопится со сведениями. То ли занимается другими делами, то ли Арс следит за тем, чтобы не следили за ним.
- Приехали, принцесса, - Лапин паркует машину и помогает выбраться, а потом накидывает на меня свою клетчатую рубашку.
- Я похожа на рабочего с завода, - усмешливо рассматриваю узор.
- Да ты бы себе в первый день руку на станке отрезала, - ржёт Лапин. - Тебе только с бумажками возиться.
Он всегда считал мою работу надуманной.
- Вот врачи жизни спасают, - говорил мне, сидя в кафе напротив, - пожарные - пожары тушат. Учителя мозги вкладывает сюда, - стучал себе по голове.
