Он посмотрел на меня со всем горем вселенной в синих глазах. Но я непреклонно покачал головой.
Тогда он поник. Подлетел ко мне ближе. И рухнул на землю, страдальческим взглядом смотря в небо.
— И что это значит? — спросил я.
— Я — умираю. Голод. Жестокос-с-сердие человека. Это меня убивает.
А потом я увидел, что его синяя чешуя начала слегка окрашиваться. В бледно-красный.
— Это не голод, а твои чёртовы фрукты, — я указал пальцем на увеличивающееся на его теле пятно.
— М? — он резво посмотрел на себя. И его глаза чуть из орбит не вылетели.
— Ч-што это⁈
— Последствия.
— Человек… — он замер и панически взглянул на меня. — Я не чувс-с-ствую кончик хвос-ста.
Да чтоб тебя.
Я присел рядом, ощупывая его хвост.
Он был тёплым. И для ледяного вирма это было совсем не хорошо!
Я бросился к плодам того же дерева. Сорвал один из них и разломил пополам, смотря на мякоть и косточки.
А затем загнал туда свою ману, прощупывая плотность энергии во фрукте.
Мякоть оказалась вполне безобидна. Маны там было немного.
В кристаллической оболочке, которая заменяла плоду кожуру, её было горздо больше. Но судя по реакциям, она была совсем нейтральной и безвредной.
А вот косточки… там было что-то жаркое. Когда я запитал их своей маной, они стали тлеть, выжигая всю мякоть вокруг себя.
Огненная стихия. Вот Ардамуну такое точно нельзя! Тем более на голодный желудок, который втягивает в себя первую попавшуюся пищу моментально!
Нужно сбалансировать стихии внутри Ардамуна!
Я обострил все свои чувства.
Максимально сосредоточился, выискивая среди пёстрых цветов вокруг хотя бы что-то, что могло содержать в себе стихию льда.
Белое.
Синее.
Белое…
Синее…
ЕСТЬ!
Я зацепился взглядом за пышный белый цветок, который был выше меня в два раза. Я ринулся туда на всей скорости. Нас разделяло всего около сотни метров.
С когтями я забрался на него. А потом в сердцевину, где был вынужден тут же прикрыть лицо. Потому что моё попадание туда заставило пыльцу взмыть в воздух, забивая мне глаза, нос и рот.
И да, это была чертовски холодная штука! Пришлось нагнать к лицу своей маны, чтобы разогреться и выдавить пыльцу прочь.
А внизу, под слоем пыльцы, находились насыщенно-голубые кристаллы. В пару движений когтями я выломал их оттуда и закинул себе в карман. А потом развернулся, чтобы вернуться к Ардамуну, но…
Прямо с соседнего цветка на меня смотрели огромные фасеточные глаза. Длинные усики. Огромные, острые как мечи жвала. Неподвижные крылья.
И голод.
