Это его способ показать мне, насколько я ничтожна по сравнению с его силой.
Но я не сдаюсь и глотаю свои слезы. Он не увидит моей слабости.
– Тогда почему ты всего этого не делаешь? – спрашиваю я.
– Я даю тебе шанс сделать первый шаг.
– Почему это так важно для тебя?
– Я проверяю теорию. – Его пальцы скользят по краю моих мальчишеских шорт, вызывая волну удовольствия внизу моего живота.
– Какую теорию? – Мой голос сдавлен.
– Что тебе нравится, когда тебя заставляют. Грубость заводит тебя, не так ли?
Боже.
Он сумасшедший.
– Нет… – Это мое самое слабое «нет» на сегодняшний день.
Двойная атака его дыхания на мое горло и его пальцев на краю моей самой чувствительной части пробуждает глубокую пульсацию. Мои бедра сжимаются вокруг его руки, как будто приглашая его в то место, которое болит больше всего.
– Никто в школе не приблизится к тебе, если ты моя. У тебя будет выпускной год мечты.
Будь проклят он и его обходительные манеры. Точно так же, как с тетей и дядей, он говорит мне то, что я хочу услышать.
– Я не хочу год мечты, – с трудом выдавливаю я слова.
– Тогда чего ты хочешь, сладкая?
Где-то в глубине души я знаю, что это неправильно. Он миллион раз ошибается.
Правильно это или нет, но мое тело этого не понимает. Оно очаровано Эйденом, нравится мне это или нет. Он настраивает мое тело против меня самой.
Подонок.
Пот выступает у меня на лбу, и моя кожа пульсирует, словно умоляя его прикоснуться к ней.
– Ты ничего от меня не добьешься.
– Ты должна играть умнее, а не сильнее. – Губы Эйдена касаются моего горла, посылая сильный холодок по моей спине. – Признайся в своих самых потаенных желаниях, Эльза.
Я не знаю, из-за его губ или из-за низкого, почти хриплого тона, которым он произнес мое имя, но мне конец.
Дрожь проходит через все мое тело, как будто меня затягивает под беззвучную, разбивающуюся волну.
Я не могу больше бороться с притяжением.
Пальцы Эйдена скользят по краю моих мальчишеских шорт, медленно проскальзывая под них.
Я всхлипываю, затем прячу голову в изгибе его плеча, чтобы заглушить звук. Я почти забываю, что мы не одни.
Предполагается, что присутствие этого мужчины должно меня оттолкнуть, но оно производит совершенно противоположный эффект.
Я горю, а Эйден – мой личный Ад.
Он обхватывает меня через нижнее белье. Я впиваюсь зубами в нижнюю губу, чтобы подавить рвущиеся наружу звуки.
– Ты блядски мокрая, – рычит Эйден мне в шею.
