– Кому ты отдала ее? Учителю биологии? Какому-нибудь неудачнику из твоей предыдущей государственной школы?
Я снова встречаюсь с его демоническими глазами.
– Это не твое дело.
– Тебе было хорошо, когда он вошел в тебя? – продолжает он, словно не слышит, что я только что сказала. – Или это было больно? Уверен, ты была очень тугой, да? Он порвал тебя на одном дыхании или сделал это медленно? Бьюсь об заклад, этот жалкий ублюдок поклонялся тебе, как какой-нибудь богине, не так ли? Но ты не богиня, ты – Отмороженная.
Должно быть, он не знал, что у тебя ледяное сердце, когда устраивал тебе прелюдию и старался быть мягче. У тебя текла кровь на его член или на простыни? Ты кончила или пришлось притворяться? Или, может быть…
– Заткнись! – Мое лицо горит от грубости его недвусмысленных слов.
У какого типа людей так много вопросов о том, как кто-то потерял свою девственность?
Хуже того. Почему выражение его лица темнеет с каждым вопросом, как будто он… злится?
Рука Эйдена проникает мне под юбку, и он раздвигает мои бедра.
Я кричу, мое сердце сжимается, превращаясь в черную дыру.
– Э-Эйден, что ты делаешь?"
"– В последний раз повторяю, я – Кинг. – Его лицо совершенно непроницаемо, за исключением легкой ухмылки. – Ты сказала, что подашь на меня в суд за сексуальное домогательство.
– Ч-что?..
– Это твой счастливый день. Я воплощаю заявление в реальность.
– Ты… ты же не серьезно? – мой голос срывается.
– Я когда-нибудь шутил с тобой, Отмороженная?
Я борюсь с ним, мое сердцебиение учащается с каждой секундой, и я не могу сдвинуться с места.
– Эйден! Хватит!
– Неправильное имя. – Он напевает, его палец теребит край моих трусов.
Чем больше его пальцы вторгаются во внутреннюю часть моих бедер, тем сильней сжимается мое горло. Чем сильней я пытаюсь сомкнуть ноги, тем больнее он раздвигает мои бедра.
Мои стены рушатся, и я чувствую, что проигрываю и разбиваюсь на куски из-за него.
Я набираю воздух в легкие и пытаюсь выровнять свой голос. Дядя Джексон всегда говорил мне, что лучший метод ведения переговоров – это быть уверенным.
Даже если это фальшь. Если я покажу слабость, Эйден только бросится на это, как акула на кровь.
Мой лучший выбор – быть спокойной, как бы тяжело это ни было.
– Кинг! – выпаливаю я. – Теперь ты счастлив?
Он одобрительно улыбается.
– Не совсем, но ты учишься.
– И?
– Что «и»?
– Я назвала тебя по твоей дурацкой фамилии, чего еще ты ждешь? Что я тебе в ноги упаду, как короля поприветствую?
Он усмехается.
