Я извиваюсь в объятиях Ксандера, ненавидя то, как мои груди подпрыгивают при этом движении.
– Мне все равно, кто ты, Эйден, и ты тоже, засранец. – Я бросаю через плечо Ксандеру, который… играет в телефон? Серьезно? Я указываю подбородком на Эйдена. – Если ты что-нибудь сделаешь со мной, я заявлю на тебя за сексуальное домогательство и разрушу все твое будущее.
– Черт, Отмороженная. Теперь ты по-настоящему в заднице. – Ксандер присвистывает. – Тебе не следовало угрожать ему.
– Я думал, ты умная. – Эйден цокает языком.
– Но, полагаю, у тебя тоже бывают моменты глупости.
Прежде чем я успеваю обдумать это, он вырывает меня из объятий своего друга. Я вскрикиваю, когда натыкаюсь на его твердую грудь. Его грубые пальцы впиваются в мой лифчик. Он забирает телефон и бросает его мне за спину. Ксандеру, я полагаю. Затем он сцепляет оба моих запястья за спиной, фиксируя их одной рукой, покрытой синяками.
– Я ухожу, – говорит Ксандер рассеянным тоном. – Не затягивай.
Его небрежные шаги затихают вдали.
Я никогда не думала, что захочу, чтобы Ксандер остался, но я готова умолять его об этом.
Он может быть жестоким, но у него не такой пустой взгляд, каким Эйден смотрит на меня.
– Ты получил телефон.
– И что?
– Отпусти меня. – Я смотрю на его рубашку, не желая встречаться с ним взглядом.
– Вынужден ответить отказом.
Его пальцы вновь возвращаются к моему лифчику, но вместо того, чтобы проводить по нему, как раньше, его большой и указательный пальцы сжимаются на моем твердом соске сквозь ткань.
Глухой звук вырывается из моего горла, но я крепко сжимаю губы, чтобы не пропустить его. Странный жар охватывает мое тело, и я ненавижу это.
Я ненавижу это мучительное ощущение.
Я ненавижу его.
Я пытаюсь сопротивляться, но это только толкает мою полуобнаженную грудь вперед, заставляя ее подпрыгивать в его руках.
– Ты устраиваешь для меня шоу? – Он ухмыляется.
– Да пошел ты.
Он сжимает сильней, и давление бьется за моими глазными яблоками.
– Попробуй еще раз.
– Чего ты хочешь от меня, черт возьми?
Он снова щипает ноющую плоть, и я так сильно прикусываю нижнюю губу, что чувствую вкус крови.
Я вся раскрасневшаяся, потная и липкая. Меня убивает, что я позволяю ему оказывать на меня такое влияние.
– Значит, теперь тебе интересно, чего я хочу? – Он цокает, лениво проводя большим пальцем по моему твердому соску.
– Просто скажи.
– Что заставляет тебя думать, будто я хочу говорить? Может быть, я передумал. Может быть, ты мне нравишься такой.
