Эйден забирается на меня, опираясь на ладони, и оставляет поцелуи вдоль моего шрама. Шок отдается эхом под моей кожей, и слезы наполняют мои глаза.
– Прекрати это! – Мне не нравится эта уязвимость.
Из всех людей только Эйден не должен видеть меня обнаженной, как телом, так и душой.
– Жаль, что сегодня не ты принимаешь решения. – Он ухмыляется, прежде чем его губы возвращаются к вылизыванию моего шрама, его щетина щекочет кожу.
Я пытаюсь оттолкнуть его. Его указательный и большой пальцы обхватывают сосок и сжимают.
Сильно. Я вскрикиваю, когда волна острого удовольствия и боли разливается между моими бедрами.
Эйден с ухмылкой поднимает голову.
– Тебе это нравится, не так ли?
Я хочу покачать головой, сказать ему, чтобы он отвалил, но выражение моего лица, вероятно, выглядит настолько ошеломленным, что никакие слова его не переубедят.
Эйден снова щиплет меня за сосок, и я втягиваю воздух сквозь зубы. Затем он массирует его, вызывая у меня смутное приятное ощущение. Прежде чем я успеваю выдохнуть, он снова щиплет меня.
Он делает это снова и снова. Как раз в тот момент, когда я погружаюсь в приятные ощущения, он вновь делает больно.
Я схожу с ума и пьянею от экстаза, который он вызывает в моем теле."
"Он прикусывает другой сосок своим горячим ртом. Моя спина выгибается, когда он обхватывает губами затвердевшую плоть, а затем мягко прикусывает.
– Мне это нравится. – От его теплого дыхания по моей коже пробегают мурашки. – Разве тебе не нравится то, что я с ними делаю?
Я издаю какой-то звук, который не могу точно определить.
– Ты хочешь, чтобы я укусил снова?
Я тяжело дышу, мои соски настолько чувствительны, но я не могу сказать нет.
Я не могу сказать да.
Я не могу сказать ничего.
Может быть, Эйден прав. Может быть, мне нравится, когда он доминирует надо мной.
Его глаза темнеют, словно он читает мои мысли. Он не ждет ответа. Он вновь сильно прикусывает мою кожу.
Боль пронзает мой позвоночник, и странное ощущение сжимает низ живота. Он массирует языком мой пульсирующий сосок, и я всхлипываю.
Он кусает снова и снова.
Я корчусь, плачу под ним, но я не могу сказать ему остановиться.
Я не хочу.
Я никогда в жизни не испытывала такого наплыва эмоций, и я жажду этого.
Я жажду большего.
Заразно ли сумасшествие? Потому что я начинаю чувствовать себя такой же порочной, как Эйден.
Точно так же, как и с пальцами, этот успокаивающий массаж – лишь затишье перед тем, как он снова начнет мучить меня своими укусами.
