Я точно не знаю, где.
Спросила один раз, он ответил уклончиво, что оказывает услуги за донаты.
— Я рекрутер, малыш.
— А кого ты подбираешь? И кому?
— Я организовываю мероприятия, нахожу участников. Собираю донаты. Беру себе комиссию и вношу ее на свой счет, — все так же неопределенно ответил друг, и я не стала больше расспрашивать.
Зато сегодня я от него не отстану. Саймон третьекурсник, он точно знает, правда ли то, что слышала Оливка. И поможет ли это объяснить сегодняшнюю сцену в столовой.
Такую мерзкую, что у меня до сих пор во рту стоит отвратительный тошнотный привкус.
— Я не уверена, что хочу участвовать, Саймон, — честно признаюсь. — Я никогда не ходила по подиуму. И никогда не собиралась стать моделью.
— В модельный бизнес тебя никто не зовет, — хмыкает друг. — Это будет не просто дефиле, это кастинг конкурса на самую красивую первокурсницу. Победительница выиграет оплату учебы на целый триместр. У тебя все шансы победить, малыш!
Мне, конечно, льстит слышать такое от привлекательного парня.
Но я все равно фыркаю:
— Ну ты и придумал, Саймон! Тоже мне королева красоты! Ты видел, какие у нас хорошенькие девочки на потоке?
— Видел, — пожимает он плечами. — Ты лучше них на порядок. Для меня, по крайней мере.
Замираю, не понимая, как вести себя дальше. Он только что признался... в чем?
Не знаю. Поэтому делаю вид, будто ничего не услышала. Но это меня не спасает.
— Ты слышишь, малыш? — Саймон придвигается ближе, а у меня затылок обдает холодом. Да меня всю как будто льдом сковывает.
Оборачиваюсь, и сердце проваливается вниз, под землю. Потому что прямо на нас идут Топольский и его друзья, Джаспер и Мартин.
Джас и Марти из нашей университетской футбольной команды. До появления Никиты они и так были звездами, а теперь рейтинг обоих взлетит до небес.
Смотрю на Никиту в упор, не могу заставить себя отвести взгляд. Я уже говорила, что красивее него никого не встречала?
Говорила, и что? Ничего от этого не меняется. Кроме того, что не могу от него оторваться.
Он приближается, мое сердце глухо бьется где-то под ногами, виски пульсируют. Ладони потеют, завожу руки назад и незаметно вытираю о штанины.
Не могу ничего с собой поделать, жадно рассматриваю Ника. Ощупываю взглядом как будто руками, разглаживаю брови, опускаюсь к губам, обвожу овал лица. Запускаю руку в густые волосы.
Это все было моим. Пусть и недолго, но точно было. Я так жалею теперь, что столько раз сдерживала себя и не делала так, как хочу.
