– Вы уже успели все проиграть? – не удержался Лис от легкого хамства."
"– Почти. Вы были рядом, и я выиграла, но стоило вам уйти, и снова началось невезение. Вы должны быть рядом со мной.
– Должен? Не слишком ли сильно сказано? – усмехнулся Лис, которому уже начал надоедать этот странный разговор.
– Хотите провести со мной ночь? – решительно спросила она.
– Признаюсь, у меня мелькала такая мысль, но я не собираюсь покупать вас, – проворчал Старый Лис, не ожидавший такого напора.
– Тогда проведите рядом со мной вечер.
Я предлагаю вам обмен. Вы проводите со мной вечер, а я проведу с вами ночь.
– Вы умеете убеждать. Кажется, в бизнесе это называется предложением, от которого невозможно отказаться, – рассмеялся Лис и, взяв со стойки свой бокал, покорно проследовал за ней к рулеточному столу.
Увидевший их крупье чуть усмехнулся, пряча насмешку над очередным суеверием, и, дождавшись, когда игроки сделают ставку, запустил колесо. Старый Лис, полностью разделявший его скептицизм, небрежно оперся о спинку стула загадочной дамы и оглядел собравшихся за столом людей.
Теперь нужно было только дождаться, когда она проиграется и можно будет вернуться к покеру.
* * *Выпускать из кутузки чокнутую стерву Владу совсем не хотелось, но обещание, данное председателем комиссии, что тот будет держать ее на корабле, вынудило его согласиться. К тому же заниматься обеспечением арестованной всем необходимым, начиная от пищи и заканчивая посещением туалета, было слишком хлопотно. Эти функции разведчику пришлось возложить на Сару.
Крупную, неимоверно сильную вдову, имевшую огромный опыт по усмирению буйных.
Ее покойный муж, сосланный на планету за пьяную драку, и здесь пытался вернуться к привычному образу жизни, регулярно напиваясь и пытаясь пустить в ход кулаки. Но Сара, к тому времени уже успевшая побывать и докером, и матросом грузового судна, и наемницей, запросто пресекала подобные попытки, регулярно отправляя незадачливого супруга в нокаут. Правый крюк у нее был просто убойный.
Отперев дверь подсобки, где содержалась арестованная, Влад жестом указал председателю комиссии на вход, молча предлагая самому разбираться со своими кадрами. Вздохнув, председатель решительно распахнул дверь и не терпящим возражения тоном приказал:
– Присцилла, выходите. Но только быстро и молча. Учтите, одно неосторожно слово, и вас точно осудят. Шериф, – повернулся он к Владу. – Я вам обещаю, что больше вы этого человека не увидите.
– Прекрасно.
