Эту поговорку он подцепил у своего сержанта в армии, когда на последнем издыхании добегал положенные для подготовки километры. Так было и теперь. К вечеру, когда солнце давно уже зашло, он добрался до космопорта и, недолго думая, ввалился в здание терминала.
Увидевшие его охранники даже не пошевелились. Оглядевшись, Рик с удивлением отметил странные изменения, произошедшие в этом оазисе цивилизации. Грузовые роботы не грохотали разболтанными механизмами, а докеры не переругивались между собой, пытаясь разобраться в бумагах, сопровождавших груз.
Впрочем, ругались они больше по привычке. Все отправления перемещались в фактории, где их забирали адресаты. В терминале стояла странная тишина. Отлично зная, что куратор терпеть не может праздности для своих подчиненных, Рик еще раз осмотрелся и, подойдя к охране, спросил, невольно понижая голос:
– Что здесь происходит? И где куратор?
– Кто бы нам что-нибудь рассказал, – вяло огрызнулся охранник. – Увезли твоего куратора.
– Как увезли? Кто? Да говори ты толком, – зарычал Рик и тут же снова зашелся кашлем.
– Русские увезли. Из отряда «бешеных медведей». Высадились, моментально блокировали порт, отпинали все, что движется, а куратора сунули головой в свою посудину и уволокли, как черти грешную душу. Больше мы ничего не знаем. Сами после того налета еле в себя пришли. За прошедший месяц второй раз уже хулиганят. Умеют бить, сволочи, – с заметным уважением закончил охранник свое короткое повествование.
– Когда будет следующий челнок на базу? – растерянно спросил Рик, еле отдышавшись и уже ничего не понимая.
– Смена охраны через три часа, – угрюмо буркнул охранник. – Зачем тебе на базу?
– Не видишь, что ли? Кашель замучил, – огрызнулся Рик, отходя подальше."
"Едва дождавшись прибытия смены, он первым влез в челнок и, едва оказавшись на базе, прямым ходом отправился в медицинский блок. Не обращая внимания на вопли дежурного, что все уже разошлись, он ввалился в кабинет врача и, не здороваясь, распахнул на груди одежду.
– Что это такое, доктор? – спросил он, тыча пальцем в открывшийся шов.
– Послеоперационный шов. Нужно признать, очень профессиональный, – ответил дежурный врач, с интересом всмотревшись в предъявленный шрам.
– Кто это сделал? – не унимался Рик.
– Ну, это вам лучше знать, приятель, – развел руками доктор.
– Хотите сказать, что на базе этого никто не делал? – окончательно растерялся Рик.
