Переписывался с Линой, которая отправляла ему интимные, безумно возбуждающие фото…
«Это все твоё», - подписала она фотографию, на которой её наготу прикрывали лишь длинные светлые волосы…
«Не могу дождаться, когда буду рядом», - ответил он ей. – «Когда смогу тебя ласкать».
«Я тоже. Без тебя Новый год – не праздник, а пытка», - написала она в ответ. – «Я проплакала весь вечер…»
Казалось бы, обычные слова, но внутри него вдруг что-то лопнуло, разорвалось. Одномоментно, резко, необратимо…
Да какого черта, в самом-то деле?!
Почему он должен сидеть в такой прекрасный праздник, который бывает раз в году, тут, среди людей, которых не особо и хотел видеть, почему должен терпеть это все?!
Когда где-то там она – молодая, горячая, готовая ради него на все…
Он считал себя достаточно сдержанным, умным человеком, но в этот момент эмоции бесповоротно взяли над ним вверх.
Перелились через край, толкая на необдуманный поступок. На то, чего совсем не планировал ещё пять минут назад…
Господи, только мальчишки так себя ведут! Но он и хотел быть мальчишкой! Влюблёнными, беззаботным, порывистым, ничем и никем необремененным, способным совершать сумасшедшие поступки ради любви!
Черт с ней, с фирмой! Ангелина же не разлюбит его из-за того, что он станет не столь богат!
Всё, что останавливало его от признания в измене раньше, вдруг показалось глупым и незначительным.
И зачем только он так долго молчал?.. Зачем пытался все скрыть? Зачем крал у самого себя минуты, дни, месяцы счастья?!
Можно ведь решить все проблемы одним махом.
Мгновенно оставить позади этот доставший его брак, перерубить шантаж сына, прекратить собственные страдания…
Да! Так он и сделает!
- Любимый, тост.
Жена тронула его за рукав, напоминая о давней традиции.
- А, да, тост, - проговорил в ответ.
И понял – пора… К чему дальше тянуть?
Взяв бокал, встал с места. Уверенно, громко объявил…
- Даш, ты прости меня, ради Бога. Но я так больше не могу…
Глава 7
- …Я другую люблю и с ней сейчас должен быть…
Эдик все продолжал говорить – зачем?.
. Продолжал хлестать меня каждым словом, убивать, ранить…
В ушах появился шум. Мне хотелось бы убедить себя, что все это – лишь кошмар, и я сейчас очнусь, проснусь…
Но все было слишком реально-жестоким, чтобы быть просто сном.
Гости притихли. Из всех окружающих звуков остались лишь бормотание телевизора да бешеное биение моего собственного сердца.
Но худшее ещё было впереди.
Следом за своим отцом с места поднялся сын.
