— О, сударыня, благодарю вас за то, что не позволили этому мошеннику получить наш дом! — мадемуазель Робер подошла так неслышно, что я вздрогнула. — Хотя, боюсь, скоро вы поймете, что переплатили. Я очень люблю наш особняк, но он сейчас не в лучшем состоянии. Мы с папенькой уже несколько лет как живем во флигеле — отапливать все комнаты нам не по карману.
Она была прехорошенькой — разве что бледность кожи да морщинки на высоком лбу несколько портили картину.
— Значит, мадемуазель, я купила ваш дом? — я постаралась вложить в свой голос как можно больше тепла.
— Вы — храбрая девушка, если решились сюда прийти.
Она часто заморгала, пытаясь скрыть слёзы.
— О, что вы, сударыня, я — трусиха. Но я искренне рада, что особняк достался вам. Надеюсь, он вам понравится. Я была очень счастлива в нём. Не беспокойтесь, мы с папенькой съедем в течение ближайших пары дней.
Ее жених стоял чуть поодаль, не решаясь вмешаться в наш диалог, но я не сомневалась, что стоит мне отойти, как он подбежит к девушке и предложит ей опереться на свою сильную руку.
— Нет-нет, мадемуазель! — я покачала головой. — Вам незачем съезжать. В вашем особняке столько комнат, что мы все разместимся там безо всяких помех. Тем более, что вы живете во флигеле. Право же, я буду рада такому соседству. Взамен же потребую показать мне Лиму — надеюсь, вас это не затруднит, — ваш прекрасный город мне совсем не знаком.
Теперь она уже не прятала слёз. И прежде, чем я успела ее остановить, она поднесла мою руку к губам.
— Благодарю вас, сударыня! Вы даже не представляете, как много это для меня значит.
Я не намерена долго злоупотреблять вашей добротой, но буду признательна вам, если вы позволите нам остаться до тех пор, пока папенька не встанет на ноги.
Она улыбалась сквозь слёзы, и улыбка ее была светлой и чистой. Когда-то я и сама умела так улыбаться. Как же давно это было.
— Не плачьте, дитя мое! — по возрасту я была старше ее лет на десять, не более, но чувствовала себя куда мудрее. — После пасмурных дней на небе всегда появляется солнце.
Эти слова когда-то, много лет назад, мне сказал ее отец — барон Робер, — и они согревали меня в те дни, когда я была близка к отчаянию. И я была счастлива, что теперь могу сделать для его дочери то, что он когда-то сделал для меня — дать пищу и кров.
1 Десять лет назад
— Сандра, Сандра, да просыпайся же скорее!
Они ворвались ко мне в спальню маленьким шумным вихрем — моя младшая сестра Бланш и гостившая у нас в поместье кузина Джемма.
