Он не усомнился в моих словах о виновности де Крелона, хотя я боялась этого. Ведь герцога он знал много лет, а с княгиней Алонсо познакомился лишь недавно.
— Может быть, он увез детей в свое поместье? — предположила я.
Но Этьен не согласился и с этой версией.
— Нет, оно слишком далеко от столицы, а ему нужно, чтобы по крайней мере собственный внук всегда был у него под рукой. Постойте, ваша светлость! Кажется, я знаю, где это может быть! Герцог перебрался в центр Лимы, когда стал первым министром. До этого де Крелоны владели особняком на окраине столицы — тот дом сейчас пуст и вполне может быть использован для незаконных дел, — его величество вдруг задумался и ненадолго замолчал.
— Кстати, недавно я проезжал мимо старого особняка его светлости на улице Оружейников, и мне показалось, что у его ворот стояла карета герцога де Жервеза. Я тогда подумал, что Ноэль, должно быть, хочет его купить — он неоднократно говорил, что ненавидит шум центральных улиц. Признаться, я не придал этому значения, но теперь, когда мы знаем, что Жервез — в числе сторонников де Крелона, этот факт приобретает новый смысл.
Мне показалось, что об участии в заговоре герцога де Жервеза Этьен говорил с сожалением. И он словно угадал мои мысли.
— Да, Жервез — тот человек, за которым многие могут пойти. Крелон не пользуется любовью народа. Де Жервез — совсем другое дело. Он — герой войны и никогда прежде не был замечен в том, чтобы использовать свой пост в корыстных интересах. Его участие в деле говорит о том, что он поверил в тот бред, что придумал Крелон.
А значит, могли поверить и другие.
— Допустим, Андрэ держат именно в том старом особняке, — согласилась я. — Но если это так, то что мы можем сделать?
Сама я готова была на всё, но прекрасно понимала, что если моего сына охраняют боевые маги и офицеры, что пошли на поводу у герцога, то я мало что смогу им противопоставить.
— Мы возьмем особняк штурмом! — в голосе Этьена не было ни тени сомнения. — Вряд ли там находятся сейчас много заговорщиков — у Крелона пока нет денег, чтобы рассчитывать на поддержку наемников.
Вовлекать же в это дело слишком многих людей из высшего общества он бы не решился — велика вероятность, что кто-то из них мог проболтаться или намеренно выдать заговорщиков. А значит, пока он может доверять только узкому кругу своих сторонников. К тому же, слишком большое оживление у почти заброшенного дома могло бы привлечь к тому ненужное внимание, а это — дополнительный риск.
