Да, это я знала и сама, но неужели на основании таких скромных и неоднозначных доказательств можно было обвинить в столь страшном преступлении саму королеву? Даже если они посчитали, что у меня была возможность это сделать, то должны были бы, по крайней мере, приписать мне какой-то убедительный мотив.
Впрочем, оказалось достаточным перевернуть еще одну страницу, чтобы этот мотив обнаружить.
Я вздрогнула, прочитав имя герцогини де Ламар. Джемма! Они допрашивали Джемму! Я посмотрела на дату, обозначенную в протоколе допроса.
Четвертый день месяца гнездования!
Письмо от Этьена о расторжении нашего брака я получила только десятого! Почти неделю после допроса кузина вела себя, как ни в чём не бывало, не посчитав нужным сообщить мне о том, что тайная канцелярия искала доказательства моей мнимой вины! Я попыталась вспомнить, видела ли я Джемму в те дни во дворце, разговаривала ли с ней, но не смогла.
Ее спросили, говорила ли когда-либо ей королева о своем беспокойстве по поводу отсутствия у нее детей, и Джемма ответила — да, говорила.
Впрочем, тут она не солгала — мы с ней неоднократно обсуждали эту тему. Далее последовал вопрос, могла ли решиться королева на не вполне законные действия, чтобы не допустить развода с мужем. И снова Джемма ответила утвердительно.
Вопросы задавали в определенной, очень грамотной последовательности, и кузина всё больше и больше запутывалась в этой паутине. Знает ли она о том, что ее родная тетя Леони де Сурель умеет готовить отвары из трав, в том числе ядовитых.
Да, она слышала об этом, но она никогда не общалась с тетей и всегда предостерегала от этого ее величество. Да, королева Алессандра весьма интересовалась магическим источником и однажды даже упомянула о каком-то случае из истории прошлых веков, когда в фонтан в королевском саду был брошен яд, что весьма печально сказалось на здоровье многих членов королевской семьи.
Я снова погрузилась в воспоминания.
Став королевой, я действительно очень с большим усердием принялась за изучение истории Линарии и часто обсуждала прочитанное в старых книгах и с Джеммой, и со своими фрейлинами.
Я страшилась обнаружить среди документов протокол допроса Бланш, но его там не оказалось. То ли никому в голову не пришло, что моя сестра могла быть в этом замешана. То ли, напротив, кто-то слишком хорошо знал об ее участии в этом деле и не стал привлекать к ней внимание.
