Насколько тщательно они сличали эти следы, понять было невозможно — при всей нашей магической похожести с Бланш различия в нашей энергии всё-таки имелись, и если бы маги были чуть внимательнее, они бы не смогли этого не заметить. Но, судя по всему, они ориентировались, прежде всего, на то, что магические ловушки в саду не сработали, а это значило, что к источнику смогли бы приблизиться только два человека — я и Этьен."
"В моем присутствии Бланш никогда не выходила в ту часть сада, которую могли посещать только члены королевской семьи, поэтому я не знала, отреагировали бы на нее ловушки или нет.
Система безопасности в саду была очень эффективной и тщательно продуманной — ловушки были сделаны усилиями пяти самых умелых магов Линарии, и ни один из них единолично не смог бы их испортить — поскольку каждый вплетал в них что-то своё. А вот ослабить их действие смог бы даже один из пятерых. Быть может, как раз этого оказалось достаточно, чтобы ловушки не различили меня и Бланш.
От многочисленных предположений, которые я мысленно обсуждала сама с собой, у меня разболелась голова. И всё-таки я попыталась сосредоточиться. Если то, что я подумала, верно, значит, в заговоре должен был участвовать как минимум один из пяти магов. Я взялась за перо и выписала на листок все пять фамилий.
Именно в объяснительных магов впервые мелькнула информация о найденном в саду пузырьке с ядом. Принадлежность склянки к лавке моей тете Леони не вызывала сомнений.
А вот происхождение самого яда, похоже, никого не заинтересовало. Никого, кроме шевалье де Ламажа. Но упоминания о его сомнениях я в документах не нашла.
Я вспомнила шевалье, и глаза сразу же затуманились слезами. Если бы он был рядом сейчас, мне было бы проще во всём разобраться.
Из-за слёз я уже почти не видела строк, а одна из слезинок, упав на бумагу, размыла чернила, превратив несколько слов в синее пятно.
Я встала с кровати, прошлась по комнате.
За окном было уже темно, и только многочисленные светлячки словно драгоценные камни сияли в саду. Пяти минут мне хватило, чтобы немного прийти в себя, и я вернулась к документам.
На следующем листке я обнаружила выписку из первого тома Свода законов Линарии, в первой статье которого говорилось, что средоточием магической мощи страны является королевский источник, а любая попытка осквернить его определяется как государственная измена.
