Все-таки, одним из этапов моей подготовки к войне был поиск союзников в иных реальностях. Так мы и проговорили всё это время, периодически прикладываясь к бутылке.
Незаметно для себя я остался один, и когда в голове уже совсем шумело, пришла Рада. Сев рядом, она долго смотрела на костер, а потом заговорила:
— Не могу я тебе поведать всего, что увидела. Будто стена в голове встает и язык отнимается, когда пытаюсь поделиться знанием с тобой. Но одно скажу — бойся предательства. Друг окажется врагом, а враг — другом.
Близкие могут стать чужими, а чужие — ближе родных. Висит у тебя над головой черная туча злобы и когда прольется она на тебя, проклянешь ты и этот мир, и тех, кто призвал тебя в него. Прошу, нет, умоляю! — она кинулась передо мной на колени. — Выдержи! Когда горе затуманит твой разум, когда потеряешь ты путь, по которому шел — не уничтожай все, что тебе было дорого! И тогда получишь даже больше, чем ожидал. А теперь спи, и пусть сон твой будет добрым…"
"Солнечный луч, упавший на мое лицо заставил меня поморщиться и громко чихнуть.
С трудом разлепив глаза, я увидел, что лежу на земле возле потухшего костра, угли которого давно остыли. Вокруг царила тишина, и ничего не напоминало о том, что только вчера тут стоял табор. Сделав свое дело, цыгане ушли, а заодно увели у меня золотые часы и все деньги, что были со мной!!!
Вот же адово семя! Но я на них не злился — любишь гулять, люби и платить. Слова старой цыганки гремели у меня в голове, хотя, это, возможно, было банальное похмелье.
Все-таки, не привык я пить такие крепкие напитки. Но все сказанное ей я запомнил крепко, хотя и надеялся, что до такого не дойдет.
Встряхнувшись, я очистил одежду эфиром и отправился прочь, пытаясь сообразить, как построить новый день. Хотя, чего тут думать? По моим прикидкам, уже было близко к обеду, да и желудок, тут же громко квакнувший, это подтвердил. Значит, пойду побираться во дворец, авось, накормят.
Шаг через Серый мир — и вот у меня на шее висит Настя. Сладкий поцелуй, а затем ещё один — уже от Елены.
Подхватив взвизгнувших девушек, я закружил их по комнате. После чего осторожно опустил их на пол, тут же сымитировав голодный обморок.
Под звонкий смех Насти моя венценосная невеста быстро распорядилась накрыть стол.
— И мяса побольше! — я даже не понял, кто это сказал: я или мой желудок.
— Ну, и куда собрались такие красивые? — сыто откинувшись, посмотрел я на девушек.
— Да вот, предлагаю Ее Величеству сходить на экскурсию в твою академию.
