Ну, что ж… крайне жаль, но кажется, что наш разговор с супругом откладывается на неопределённый срок, а зря…
Я вернулась в спальню с твёрдым намерением вспомнить всё же о своём желании поскорее очутиться в кровати, когда услышала за стеной какую-то возню и громкие шаги. То есть, Генрих уже распрощался с гостями и нарочно заставил меня ожидать? Я раздражённо мотнула головой и не сразу сообразила, что между нашими покоями (совершенно не лишняя деталь между комнатами супругов, на самом деле) есть дверь.
Поэтому, с твёрдым намерением рассказать Генриху всё, что я думаю о нём, я дёрнула эту дверь на себя, едва не запнувшись от шока… хотя, это было бы совершенно не удивительно ввиду открывшейся мне картины.
Глава 22
- Графиня? Однако! Какая неожиданность - встретить вас тут в столь поздний час, - пропела княгиня, лихорадочно блестя глазами и самодовольно улыбаясь при этом. – Неужели, вас привело какое-то дело к Генриху? Я непременно ему всё передам, не стоит утруждать себя ожиданием… он сейчас немного занят, если вы понимаете, о чём я…
Её Высочество, княгиня Ирма, судя по всему, достаточно вольготно чувствовала себя в покоях моего супруга.
Во всяком случае, она расслабленно восседала в кресле, чуть небрежно положив руку на массивный подлокотник и выставив вперёд плечико, прикрытое тонкой паутиной кружева своего полупрозрачного ночного одеяния.
М-да… хм… я с трудом справилась с потрясением и первым моим желанием было тут же позорно сбежать в свои комнаты, пылая ушами от смущения: подумать только, в какой однозначной ситуации я застала Её Высочество.
Да и где! Пожалуй, единственное, что меня удержало в этот момент – это нежелание выставлять себя ещё большей дурой, чем полагает сама княгиня.
- Нет, не очень понимаю, о чём вы, - механически пробормотала я и отвела взгляд от небрежно откинувшейся на спинку кресла женщины, - вы сказали, что знаете, где он сейчас находится?
При этом её пеньюар немного распахнулся, явив миру пухлую молочно-белую коленку и ещё что-то воздушно-кружевное.
"
"Во взгляде княгини мелькнула злоба и она криво усмехнулась, как бы сообщая при этом, что не собирается давать какие-либо пояснения, так как считает это не обязательным для себя. Между тем, неловкая пауза стала затягиваться, я отошла от первого шока, желания позорно сбежать от лицезрения столь явно выпячиваемого адюльтера и общей неловкости, после чего глубоко вдохнула, призывая себя следовать не чувствам, а разуму.
