А всё дело в том, что какая-то мысль крепко засела в моей голове, крутилась, как уж на сковородке, и не давала поймать себя за хвост… Словно я забыла что-то важное… казалось, ещё чуть-чуть, я вспомню, и тогда всё встанет на свои места… Странно, но я не думала ничего… этакого! Просто радовалась, что не придётся взирать на артистические способности старика и что детям подобное времяпровождение наверняка придётся по душе…
- Графиня! – Вольдемар нетерпеливо поёрзал в своём кресле и это вывело меня из размышлений.
– И чем же закончилась эта история о славных приключениях благородного разбойника?
- Весьма печально, Ваше Высочество, - вынуждена была признаться я. – Его предали, когда сэр Робин хотел обратиться к королю, дабы попросить прощение за разбой. Коварно напали и убили.
Дети огорчённо зашмыгали носами, дамы тут же приложили платочки к повлажневшим глазам, а Генрих высказался в том ключе, что даже не смотря на смерть сэра Робина, слава его живёт и сейчас, и не померкнет с годами.
Мальчишки тут же, не сходя с места, задрали подбородки и выпятили грудь колесом, заверяя, что вот они вырастут… далее каждый из них сообщал свои будущие достижения. Таким нехитрым способом мы узнали, что находимся в обществе будущих великих властителей, путешественников и воинов.
Я же, вслух восхитившись собственному счастью от факта знакомства со столь выдающимися (в будущем, разумеется) личностями, сказала, что на сегодня вечер сказок закончен, и дети, огорчённо вздыхая и продолжая взбудоражено мечтать, размахивая руками, поплелись в свои комнаты.
Мой супруг придержал меня за локоток, страшным шёпотом в который раз напомнив моё обещание дождаться нынче же ночью его визита в мои покои. Я с поганеньким смешком мотнула головой, подумав, что отнюдь не жажда получения с меня супружеского долга заставила моего дорогого супруга возжелать моего общества. Но тут же весёлость уступила место вполне себе серьёзным размышлениям: не только Генрих желает узнать всё из первых уст.
Я тоже спешила поделиться своим видением о том, что твориться в поместье. И генерал играл тут не последнюю мысль."
"Поэтому, попрощавшись, я отправилась в свои покои, рассеянно думая по дороге, какая же тревожная мысль промелькнула у меня во время рассказа. Ожидавшая меня уже наверху Магда помогла мне снять платье и расчесать волосы, не забывая при этом радостно болтать.
