За всё, что он натворил в этом доме. Непредумышленно, нет. Но, тем не менее… он виновен в том, что равнодушен к поместью и тому, что творилось тут, к жизни собственного сына, от которого он откупался, покупая игрушки. Точнее говоря, ему было так проще, так удобнее – ничего не замечать. Я не осуждала Генриха, нет, просто… богатых аристократов, подобных ему, я уже видела раньше. Равнодушные ко всему, что не касается собственного комфорта, самая большая проблема для которых состоит в муках выбора шейного платка. Впрочем, в чём-то Генрих прав – сейчас не место и не время для того, чтобы предъявлять обвинения или же выяснять отношения.
Спустившись в сад, мы застали прелюбопытную картину – Её Высочество со скучающим высокомерным выражением лица, иногда излучающим капельку презрения к окружающим, сидела на садовой скамье, медленно обмахивалась веером и всем видом давала понять, как она раздражена от невнимания хозяев к собственной персоне. Неподалёку, иногда бросая на неё озабоченные взгляды, на площадке для игры в мяч находились статс-дамы, вяло перебрасывая друг другу воланчик.
Они медленно взмахивали ракетками, стараясь делать это с достоинством (чай, благородные дамы, не хвостики поросячьи). После чего неуклюже подпрыгивали, обряженные в многослойные платья, башни из тщательно завитых и хитро уложенных локонов на голове угрожающе покачивались, затем столь же неловко ударяли по волану, и он летел, сам выбирая себе траекторию полёта. Затем та дама, в чью сторону полетел мяч, коряво раскорячившись, пыталась его поймать (как правило, безуспешно, естественно), после чего столь же вяло отправлялась на розыски волана в ближайшие кусты.
Маленьких принцев, также, как и их няни, поблизости не наблюдалось, из чего я сделала вывод, что они сейчас в другой стороне сада, любуются на красоты деревенской пасторали.
При нашем появлении княгиня тут же оживилась, окинула внимательным и цепким взглядом широкоплечую фигуру моего мужа, его холодно-надменное лицо. Очевидно, что увиденное ей понравилось, потому что она, мило улыбаясь и показывая очаровательные ямочки на щёчках, игриво поинтересовались, куда мы умудрились запропаститься.
И это в то время, когда она настолько сильно желала прогуляться по нашему саду и полюбоваться его красотами.
- Прошу прощения, Ваше Высочество, - сухо поклонился Генрих всё с тем же каменным выражением лица. – Небольшие хозяйственные вопросы, требующие немедленного разрешения, помешали нам наслаждаться Вашим обществом.
