Наконец, эта бесконечная лестница закончилась, я встретился с абсолютно непроницаемым выражением лица своей жены с намертво приклеенной фальшивой улыбкой и пробормотал, обращаясь к Ирме:
- Прошу, кхм, Ваше Высочество, - бросил на Гертруду предостерегающий взгляд и повёл рукой в сторону жены. – Моя супруга, графиня Гертруда Штольке-Геймбах.
Труди подарила мне внимательный взгляд из полуопущенных ресниц, изящно склонила голову, слегка присела в приветствии и холодно-вежливо сообщила княгине о том счастье, которое пришло в наш дом с её приездом.
М-да, каждое движение моей жены было выверено до мельчайших нюансов, голос звучал уверенно и твёрдо, а сам вид намекал на десятки поколений благородных предков.
Так, кажется, Ирма не обратила большого внимания на Труди, полностью занятая собственными желаниями. Вот Её Высочество приветливо улыбается моей жене и говорит что-то о том, что мечтает стать её подругой. Смешно! Пожалуй, я обязательно бы рассмеялся прямо в лицо Ирмы, если бы так не переживал за Гертруду.
Всё дело в том, что у Ирмы нет и никогда не было подруг, друзей и вообще каких-либо людей, к которым она испытывала бы привязанность. Разумеется, если не считать её саму. Поистине, эгоизм госпожи княгини был просто королевских масштабов. Остаётся только надеяться на то, что Гертруда верно идентифицировала мои ужимки и не станет поддаваться на попытки княгини быть приветливой и дружелюбной. Судя по всему, Ирма не стала себя утруждать придумыванием новой стратегии при общении с моей второй женой – использовала ту же самую, что и с первой.
Удобно, конечно, ничего не скажешь…
Окинув хозяйским взглядом холл дома, княгиня заявила, что намерена освежиться перед завтраком.
- Надеюсь, мои покои, в которых я обычно останавливаюсь, готовы? – чуть скривив губы, поинтересовалась Ирма у застывшей неподалёку Гертруды.
- Разумеется, Ваше Высочество, - с лёгкой полуулыбкой отвечала та, вновь напомнив, что визит правящей семьи в нашем доме ожидали, как луч солнца в тёмном царстве.
М-да… я один заметил тень иронии, скользнувшей на хорошеньком личике моей возлюбленной супруги? Пожалуй, подумаю об этом вечером. А теперь мне стоит на минуту задержаться для того, чтобы попросить её не принимать близко к сердцу слова Ирмы. Ну, и попросить отчёт о том, что вообще творится в этом доме. Генерал в каждом письме ко мне такого писал о ней, что я диву давался.
