Зато момент вожделенного укладывания под одеяло и погружения в сон становился все ближе…
Выйдя из машины, она остановилась у подъезда. Надо сделать еще один звонок, последний. Едва она войдет в квартиру, ее неудержимо потянет к дивану, спать, и не хватит силы воли позвонить. А надо.
Настя набрала номер Ивана Хвыли.
- У тебя есть под рукой расшифровка телефона Канунникова?
- Сейчас достану. А что нужно?
- Посмотри, когда и откуда ему звонили перед тем, как он начал слать сообщения Погодиной. 14 ноября, до 13.
45.
- Есть звонок в 13.39.
Все правильно. Так и должно быть.
- С какого номера?
- Не определилось. Видимо, из автомата.
И это правильно. Все-таки ты молодец, Каменская, и рано еще тебя списывать на помойку. Конечно, звонили из уличного автомата, а как же иначе? Зачем оставлять следы? Зачем давать Канунникову возможность перезванивать незнакомому соседу? Ведь Олегу уготована была роль беглого убийцы, поэтому милиция обязательно проверит его абонентов. А кому это надо?
Ну вот, теперь можно и домой.
С чистой совестью.
И снова обстоятельства безжалостно перечеркнули ее невинные мечты. Едва войдя в квартиру, она услышала два мужских голоса, один из которых принадлежал, конечно же, мужу, а второй оказался голосом Сережи Зарубина. Вот незадача! А ведь Настя еще на работе, после разговора со следователем, собиралась позвонить ему и сказать, чтобы не тратил время на отработку фигурантов по старым делам Павла Седова и чтобы списком клиентов туристической фирмы тоже не занимался.
Все это не имеет никакого отношения к убийству Милены Погодиной. Собиралась, да так и не позвонила, ибо мозг начал спать раньше, чем тело получило возможность принять горизонтальное положение.
- Ася! - Чистяков вышел в прихожую и помог жене раздеться и разуться. - А мы тебя ждем уже бог знает сколько времени.
- Зачем? - шепотом спросила она, приблизив губы к уху Алексея.
- Сережка сказал, что ты ему какое-то задание давала, он приехал отчитаться, - едва слышно ответил муж.
- До завтра нельзя было подождать?
- Он говорит, там что-то срочное."
"- Да не может там быть ничего срочного, - Настя страдальчески сморщилась. - Просто проезжал где-то неподалеку и решил поужинать на халяву. Что я, Зарубина не знаю? Леш, я смертельно хочу спать.
- Ну не знаю, Асенька, разбирайтесь сами, - тихонько проговорил Чистяков, разводя руками. - Не мог же я его выгнать, раз он говорит, что дело срочное.
