Сходится?
- Ну да, я же тебе говорил, - кивнул следователь. - Женщина за сорок, Каменская из «убойного». А еще что?
- А еще эту коробочку тщательно протирали, причем дважды. Вот здесь, - он обернулся к Давыдову, - да ты чего сидишь, Федя? Ты подойди, подойди поближе, посмотри, я ж для тебя рассказываю, а не для себя. Вот смотри, здесь, на замочке, есть волокна ваты и частицы влаговпитывающей бумаги, предположительно туалетной или бумажного полотенца. Замочек металлический, они за острый край зацепились.
Да ты глянь в микроскоп, полюбуйся, какие красавцы! Можно отдать коробку химикам, они попробуют установить, чем именно ее протирали. На пластмассе, конечно, вряд ли что осталось, а вот на волокнах - наверняка. Если хочешь, вынеси еще одно постановление на производство физико-химической экспертизы, коробку отдадим сегодня, а постановление ты потом подвезешь.
- То есть получается, что коробку сначала протерли ватным тампоном с какой-то жидкостью, чтобы окончательно уничтожить все предыдущие следы, а потом насухо вытерли бумажным полотенцем, - задумчиво проговорил Давыдов.
- Или туалетной бумагой, - уточнил эксперт. - Я так далеко в своих выводах не иду, логика - это не моя наука, я тебе по старой дружбе и опираясь на собственный многовековой опыт говорю, что есть волокна ваты и специальной бумаги, а в заключении я напишу, что обнаружены частицы такого-то цвета и размера, а уж что это за частицы - это тебе достоверно только в нашем 13-м отделе скажут.
Ну что, все? Или у тебя еще что-то есть?
- Пока все. Спасибо тебе, Додик, всегда ты меня выручаешь. И что бы я без тебя делал? Значит, я тебе коробочку оставлю, ты мне заключение напиши и отдай ее в 13-й, договорились? А я постановление привезу, прямо завтра же и привезу.
- И опять срочно небось? - хмыкнул Милькис.
- Да нет, теперь уж срочности никакой, все, что нужно, я узнал, а бумаги пусть своим чередом идут. Ты когда ко мне на дачу приедешь? С лета ведь собирался, да так и не выбрался, - сказал Федор Иванович, укоризненно качая головой.
- Моя Тамара как выходной - так тебя вспоминает, почему, говорит, Додик не едет, обещал - и не приезжает. Неровно она к тебе дышит, ох неровно. Ты смотри мне, старый попугай!
Он шутливо погрозил Милькису пальцем. Тот довольно рассмеялся:
- Я всегда говорил, что твоей Тамаре нужно было выходить замуж за меня, а не за такого гоя, как ты.
