А потом смотрит на меня и раздраженно сообщает:
– Прекращай ломать комедию, Лера. Обопрись об меня и выйди из машины.
– Не хочу. Отойди. Я лучше сама."
"– Лера… – цедит Дамир сквозь зубы. – У меня кончается терпение. Еще секунда, и ты едешь домой. А я разрываю договор.
Как бы мне хотелось, чтобы я могла такое себе позволить!
Но мне нельзя.
Леша. Я должна думать про Лешу.
Делаю вдох и выхожу из лимузина, опираясь на руку Дамира, и от того, насколько привычным получается это движение и как знакомо ощущается его твёрдая теплая ладонь, грудную клетку стискивает болью.
– Молодец, – равнодушно бросает Дамир. – Можешь, когда хочешь. А теперь бери меня под руку и попробуй изобразить радость.
Я поднимаю взгляд и смотрю прямо в его темные жестокие глаза.
– Я тебя ненавижу, – шепчу я с нежной улыбкой.
– Страстный взгляд тебе удается отлично, моя дорогая невеста, – говорит он с холодной усмешкой. – Но с остальным еще надо поработать. А теперь идем. Нас уже заждались.
Едва мы заходим на последний этаж бизнес-центра, где проходит презентация, меня сначала оглушает шум, а потом ослепляет сверкание фотовспышек.
Дамир придерживает меня за локоть и сквозь зубы бросает «Улыбнись».
Я принужденно улыбаюсь, позируя журналистам, а потом иду дальше за Дамиром, чувствуя, как в животе собирается ледяной комок. Я не в первый раз присутствую на мероприятии подобного уровня, последний год я часто представляла наш фонд на всяких благотворительных балах, но там я была на работе. Там мне не надо было изображать, что я влюблена в человека, которого отчаянно ненавижу.
– Позвольте представить вам мою невесту, – прохладно улыбается Дамир очередному человеку в дорогом костюме и кивает на меня. – Валерия Матвеева.
– Очень приятно, – заученно, как попугай, повторяю я.
Нас вежливо поздравляют, сыплются светские фразочки, круглые и скользкие, как камушки в ручье, и мы переходим к следующему человеку.
Все это похоже на какую-то бессмысленную карусель, в центре которой Дамир движется с естественной лёгкостью.
Он смеется, обменивается рукопожатиями, приобнимает меня за плечи, в общем, ведет себя как хозяин.
А я…
Я хочу только одного: чтобы это поскорее закончилось.
– Ты напряжена, – недовольно цедит Дамир, когда мы наконец обходим по кругу весь зал. – Постарайся получше изобразить влюбленность.
– Не могу.
– Почему?
– Может, потому что я не актриса? – огрызаюсь я.
Дамир неприятно усмехается.
– Один раз ты сумела убедительно сыграть, что без ума от меня.
