— И что это значит?
— А твои вопросы что значат? С чего ты взяла что я останусь? Полина, я уже говорил, и повторю в последний раз: ты и Макар должны уехать из страны. Плохая была идея с переездом.
Плохая идея — оставлять Полину безнаказанной, учитывая всё то что она натворить успела. Но из-за Мота приходится идти на сделку с самим собой: сдам я Полину, а ребёнок с кем останется? С моим отцом-садистом? Нет, такого я Матвею не пожелаю.
Со мной? Соня не примет. А еще… я мысленно чертыхнулся, признавая отвратительное: я вину испытываю к собственному ребёнку.
Не любовь это, а привязанность и взращенное чувство вины. Матвей поймёт это, глядя на Макара. Как я понимал что отец меня не любит — Аню и Артура он обожал, а меня лишь терпел и дрессировал. И эта нелюбовь всегда меня ранила. Она и Матвея будет ранить.
— Я никуда не уеду, здесь мой дом! Ты с ума сошел?
— Ты уедешь!
— Тебя эта дрянь против меня настроила?
— Дрянь? А не лучшая ли подруга? Ты же до последнего мне пела как Соню любишь.
И нет, Соня меня не настраивала.
— Не верю! — взвизгнула Полина."
"— Не ори! Ты уедешь. Сейчас я куплю билеты, вы с Мотом первым же рейсом вылетите в Испанию, поживете в отеле или в съёмной квартире. А затем мой менеджер купит вам дом.
Полина отступила от меня, расширив глаза. И вдруг расхохоталась.
— Никуда я не поеду, понял? Ты не сможешь меня заставить. Ты с ума сошел!
— Не смогу заставить? — прорычал я. — Уверена? А если подумать? Те самые часы, похищение Макара…
— Это не я!
— Это ты! — рявкнул.
— А еще, Полин, а на чьи деньги ты будешь жить, если останешься здесь? На алименты? Так Матвей официально не признан, суд ты не выиграешь, если затеешь разбирательство. За моей спиной Федерация с её юристами, тебя закопают. Сделку с этим домом я всё еще могу переиграть в свою пользу. Тебе банально станет негде жить. А вдобавок — полиция с разбирательством по твоим преступлениям. Ты уверена что хочешь по-плохому?
Полина замерла. Смотрит на меня, не моргая.
— Ты не посмеешь, — прошептала она, не двигаясь. — Ты блефуешь. Ты не такой. Не такой, Денис!
— Либо мы поступим по-плохому, либо по-хорошему: вы улетаете, я покупаю вам неплохой дом. Не виллу, но жилье будет хорошее, обещаю. И на Матвея буду присылать деньги: одежда, секции, учёба — я всё оплачу, сына не обижу. И даже тебе перепадут отступные, но только при условии что ты никогда не вернешься сюда.
Она кивала на каждое моё слово, хватая ртом воздух.
