— Кое к чему я причастна. Слегка перегнула. Потому, что очень люблю вашего сына. Но вреда я никому не причинила, никому. Меня винить не в чем.
Замерла в страхе, в ожидании.
Андрей Валерьевич пожевал губу. Не ответил, и молча, глядя перед собой, порулил к больнице."
"Всю дорогу в салоне висела тишина, от которой у меня в ушах звенело. Но когда мы припарковалась напротив больничного корпуса — я тихонько выдохнула.
И чуть-чуть успокоилась.
Он не выкинул меня из машины прямо по дороге, привез к Денису. Значит…
— Значит так, — свекор первым вышел из машины.
Постоял рядом, взирая на то, как я помогаю выбраться сыну. И сказал, как припечатал, едва я обернулась. — Чтобы больше не дурила. С тем, что уже натворила — помогу. Но дальше на меня не рассчитывай. Ещё одна ошибка, Полина — и я тебя с землей сравняю.
Страшно…и весело. От облегчения ничего не чувствую, ни асфальта под ногами, ни холодного ветра. Я лечу.
Этот человек за меня, на моей стороне. Он точно союзник. Даже если Денис не захочет — отец его заставит полюбить меня.
— Спасибо, спасибо, — готова на колени встать, так я ему сейчас благодарна. Схватила его за руку, хотела пожать — он выдернул ладонь.
— Ну-ну, хватит, — высокомерно остановил Андрей Валерьевич. — У тебя испытательный срок.
— Я не подведу, — заверила и радостно взглянула на сына, который при нашем разговоре скромно отошел в сторонку. — Мой золотой, беги скорей сюда. Мы идём в гости к папе.
Матвей подбежал вприпрыжку. С опаской покосился на здание больницы, но уверенно шагнул вперёд.
— А папа с нами домой поедет? — спросил он у меня, когда мы зашли в холл.
— Папа пока болеет. Он ради нас победил. И устал. Теперь доктор его немного полечит. А потом папа вернётся к нам.
Свекор слушает меня с непроницаемым лицом. Но ничего не говорит — одобряет.
К палате подошли втроём, и я внутренне собралась. Если Сонька здесь — она, может, и драку устроить, я ее до такого состояния довела, что любое неосторожное слово — и она на меня сорвется.
А вот мне надо держаться, из нас двоих я добрая и ласковая, а она — неуравновешенная истеричка.
Бывшей подруги поблизости нет — я тихонько перевела дух. Андрей Валерьевич первым скрылся в палате, а мы с Матвеем в нетерпении уселись на кушетку возле стены.
По коридору скользят врачи в белых халатах, встречаются редкие посетители. Все с шуршащими пакетами, а мы Денису никакие гостинцы не купили.
Андрей Валерьевич приехал за нами и даже времени собраться не дал. Только это неважно, ведь мы уже здесь.
