И запомнила на всю жизнь – когда мужу похвасталась, что все обошлось, тот ухмыльнулся: ты всегда вылезешь, наследственная способность! И в этих словах были и насмешка, и сарказм, и брезгливость.
Обиделась? Да. Простила? Конечно. Запомнила? Тоже – да. На всю жизнь.
С каждым годом выкарабкиваться становилось все тяжелее и тяжелее. Возраст, усталость? Все вместе.
А тут снова навалилось. Да как, господи!
И это были не просто неприятности. Увы… В дом пришла большая беда. Теперь Леля молилась об одном: господи, дай мне сил! Мне и Виктору!
И еще она извинялась за то, что не получилось у нее по-настоящему уверовать в Бога.
А случилось вот что: заболел муж. Заболел серьезно, даже диагноз произнести вслух было страшно.
Он давно чувствовал дискомфорт: болело то там, то здесь. Но обследоваться не желал, как она его ни уговаривала. Наконец уговорила. Узнала Леля обо всем первой – после исследований врач позвонил ей. Правда, обнадежил: ситуация не критическая, сейчас это лечат, но нужно поторопиться. Словом, не вы одни – таких сейчас море, увы…
Два дня она была в абсолютном ступоре: все на автомате, механически.
А потом взяла себя в руки. Да что ж такое? Да чтобы я да не справилась? Чтобы отказалась от борьбы? Не поверила в благополучный исход? Это же буду не я!
Поехала к деду на кладбище. Села на скамеечке и все ему рассказала. Говорила так, словно он сидел напротив, как прежде – за кухонным столом, за чашкой чая, за горкой конфет.
Выговорилась, и стало легче. Казалось, дед, как всегда, поддержал и успокоил.
Привиделось, что даже услышала его слова: «Лелька, борись! Ты же у нас из борцов!»
«Из борцов и бойцов», – грустно усмехнулась она."
"Но с того дня полегчало и даже прибавилось сил. Тут же связалась с врачами, стала разбираться с ситуацией. Через неделю вполне сориентировалась. Ясно было одно – нужно ехать. Куда? Вариантов несколько. Но самой близкой, доступной и понятной оказалась Германия.
Уже были написаны письма в клинику, начались переговоры по срокам и даже заказаны билеты.
Вот именно тогда она вспомнила про Галочку.
Галочка была школьной подругой, самой близкой, наверное. Тихая, скромная Галочка искренне восхищалась красивой и яркой Лелей. Просто глаза загорались от восторга и восхищения: «Лелька! Какая же ты! Нет, ты, Лелька, самая лучшая!»
Восторги тихой Галочки были искренни.
Жила она с матерью, тетей Леной, тихо и скромно, в коммуналке, в крошечной полутемной комнатке не с окном – форточкой. Мать и дочь спали на одном диване.
