Тогда на этой встрече, презентации оборудования для кондитерских фабрик – кажется, презентовали шведы или норвежцы, – М. был мил и даже пытался за ней ухаживать. Но она, кокетка по природе, махнувшая пару бокалов «Дом Периньон» и построив глазки, шепнула:
– А ничего у нас не получится. Я верная жена, уж простите! Самой противно! – И глупо хихикнула.
Он мягко улыбнулся:
– Почему же противно? Мне, например, приятно, что остались на этом свете верные жены!
И именно тогда дал свой телефон.
И пришло время, когда она позвонила.
Тогда снова случились большие неприятности. Они встретились в ресторане – пафосном и страшно дорогом, было время обеда. Он ел красиво и спокойно, а она совсем ничего не могла проглотить, кусок в горло не лез, и, постепенно пьянея от голода, стыда и страха, торопливо рассказывала о своих проблемах.
М. выслушал молча, вытер салфеткой рот и кивнул:
– Хорошо! Я тебе помогу.
Они вышли из ресторана, он предложил прогуляться. Был март, и на улице было довольно холодно. Они быстро замерзли, и он предложил ей поехать к нему выпить кофе.
Леля растерялась, но согласилась – отказываться было неловко и глупо.
Там все и произошло – быстро, буднично, прозаично и как-то слишком по-деловому. После этих коротких минут Леле было неловко смотреть на своего случайного любовника, и она, быстро встав с кровати, начала одеваться. Руки дрожали, ее била мелкая дрожь, молния на юбке не застегивалась, колготки брызнули стрелкой, и отлетела пуговица на блузке.
Тут зазвонил телефон, и М.
долго говорил по телефону, неспешно застегивая перед зеркалом рубашку.
Они вышли из дома, и она краем глаза увидела, что его машина с шофером стоит возле подъезда. Значит, ситуация обычная, рядовая – босс ненадолго уединяется, водитель ждет. Глядя в сторону, она сказала, что поймает такси.
Он кивнул, торопливо поцеловал ей руку и коротко бросил:
– Ну, до звонка!
А она медленно пошла по бульвару, растирая мокрое от слез лицо. Было противно, стыдно и мерзко. Ее первое и единственное грехопадение.
Для чего? Для того, чтобы спокойно принять его помощь? Не чувствовать себя обязанной? Постеснялась ему отказать? Господи, глупость какая! Просто не надо было столько пить на голодный желудок!
Она шла и ревела от унижения, стыда, от вины. От огромной, как ей казалось тогда, непростительной лжи и огромного горя.
Тогда ей казалось, что она потеряла что-то очень важное, значимое для нее самой. Как укоротила себя.
Он помог ей тогда. Помог.
