На работе она провела весь оставшийся день, до позднего вечера. Садясь в машину, подумала, как голодна, и о том, что дома нет ни крошки, совсем! Даже деревянное овсяное печенье догрызла с утра. Значит, в магазин. А может, зайти поужинать? Глянула на часы: нет, поздновато. Доехать, сесть за столик, сделать заказ и ожидать. Нет, не пойдет! Устала. Значит, в магазин и домой.
Но у метро увидела веселую, кривоватую желтую букву «М» и припарковалась. Макдоналдс. Вредно – аж жуть. И вообще, смешно: взрослая тетенька, такая деловая, хорошо одетая и явно небедная и – в эту шарашку! Да и черт с ним! В конце концов, быстро, вкусно и горячо – вот это главное.
И, с упоением жуя многоступенчатый бутерброд с котлетой и сыром, вспомнила Галочку: вот кто бы ее осудил!
Усмехнулась и запихнула в рот пучок жареной картошки. Боже, как вкусно! Нет, определенно, добавляют туда какой-то наркотик, точно! Подсадили ведь мир на эту иглу!
Дома, сбросив пальто и сапоги, плюхнулась в кресло – набрать своих?
Слово это выскочило само собой, сама удивилась! Конечно, свои! Галочка тоже попала в это число.
Потому что на ней… Ну, все понятно – сейчас держится мир! Их с мужем мир и спокойствие. Галочка – это стабильность. Порядочность и доверие. Спасибо.
Позвонила. Галочка отчитывалась ровным и бесстрастным голосом, хвалилась успехами:
– Гуляли! Целый час были в парке. Ты ж помнишь, парк прямо под окнами! Представляешь, все листья ковром под ногами! Желтые, красные, красота! Немного ходили, сидели на лавочке.
Да, конечно, устал, не без того. Но сам, своими ногами! А как у тебя? Что-то проясняется? Ой, слава богу! Ты ведь такая умница, Лелька!
На сердце было почти спокойно. Легла, приговаривая: «Главное – выспаться! Главное – силы! Вот их-то мне и не хватает».
Ждала звонка от Катьки – не дождалась. «Ха! Чему удивляться? Что выросло, то выросло. Сама виновата. Была бы только здорова и счастлива… дурочка эта… моя.
Все бы были здоровы. А счастье – это вам я обеспечу».
«Много на себя берешь», – мелькнуло в голове.
Много. Да. Так получается, уж извините.
«Много брала» всегда. А однажды, когда попыталась пожаловаться деду, услышала:
– Ну, во-первы́х, – дед говорил именно так, – сама виновата! Выбрала себе такого…
– Какого? – тут же взорвалась она."
"– Какого? – переспросил дед и на секунду задумался. – Да кислого, вот! Точнее – подкисшего.
