"
"Зачем? Да затем, что все, как всегда, происходит «вовремя» – именно тогда ей позвонил ее заместитель, и тут же обнаружилось, что в Москве она просто необходима: очередные проблемы, хорошо знакомые неприятности, ничего сверхъестественного, как тараторил заместитель Вова (потом выяснится, что все наврал, боялся сказать всю горькую правду). В общем, без вариантов: она должна быть дома. Конечно, можно было бы махнуть рукой, пропустить мимо ушей, устроить скандал: «А зачем я держу тебя, Вова? Зачем плачу тебе, милый, зарплату? Да еще такую зарплату? Припомнить тебе, озвучить неслабые цифирьки, если ты вдруг позабыл? Зачем содержу вас, бездельников и, получается, полных ничтожеств? Нет, ты мне ответь! Зачем я держу этот штат? Юротдел, бухгалтерию? Менеджеров, заместителей? Вот сейчас, когда мне совсем не до вас? Вернее, ни до чего – ни до вас, ни до неприятностей и проблем.
Хватает своих, личных, внутрисемейных! Когда у меня абсолютно нет сил? И сейчас, в этот самый момент, ты мне говоришь, что вы без меня не справляетесь? Зная, где я и по какому поводу? А ты продолжаешь так тихо и почти нежно настаивать, как умеешь только ты, Вова! За что я тебя держу? Да за то, что ты, Вова, умеешь все кишки вытянуть.
Из души три души, как говорила моя бабка Дуся. И все это мягко и почти ненавязчиво – по крайней мере, тебе так кажется.
А ты снова повторяешь как заведенный: «Лариса Александровна! Дорогая! Мы не справляемся! Мы все понимаем, где вы и что… Но вы уж простите нас, неразумных. Мы ж так привыкли – за вашей спиной.
Вы ж нам как мамка родная».
В общем, Леля оценила масштаб катастрофы и поняла: не приедет – эти ослы все завалят. Нет, мир, конечно, не рухнет, но неприятности будут, и с последствиями. И она понимает это отлично. Бизнес, конечно, не потеряет, а вот потери, увы, неизбежны. А при ее нынешнем положении это смерти подобно! Чеки за лечение, оплата Катькиной учебы, кризис, кредиты, конкуренция, курс рубля…
Все понятно – нужно лететь. Срочно вызывать дочь и поторопиться оплатить отель при больнице.
Но Катька испугалась и принялась что-то бормотать про страшную занятость, срочные экзамены и вообще «дикий грипп».
– Все понятно! – резко перебила дочь Леля и бросила трубку.
Вот они, детки. Впервые в жизни и в таких обстоятельствах она обратилась к единственной дочери! Была уверена – Катька перезвонит. Сразу, через минуту, через пять. Через полчаса. Нет. Не перезвонила, ни через пять, ни вообще.
Дочь была из обидчивых. И у Лели разболелось сердце.
