– В этом проблема? – спрашивает, заглядывая в глаза. – Думаешь, я заразный?
Боже, его прямолинейность когда-нибудь точно добьет меня.
– А тебе не приходила в голову простая мысль, – смотрю ему в глаза, упираясь руками в плечи. – Я просто не хочу. Не хочу. И все.
Давид улыбается.
– Это неправда.
Закатываю глаза. Его самоуверенность начинает раздражать.
– Хочешь, я докажу тебе?
Давид берет меня сзади за шею и наклоняет к себе. Теперь мое лицо совсем близко к его. Он быстро скользит губами по моим губам. Потом по скулам.
Я пытаюсь отстраниться, но Давид удерживает меня.
– Дай мне показать тебе, – шепчет в шею.
Я теряюсь в ощущениях от кончика языка, скользящего по коже. Потом переходящего на тонкую венку, выбивающую максимум.
Рука Давида ложится мне на спину и прижимает к нему еще ближе. А потом переходит на талию и идет выше. Обхватывает грудь и сжимает ее.
– Давид… – вырывается у меня. И я сама не понимаю, то ли это просьба остановиться, то ли стон предвкушения.
– Тихо, маленькая, – шепчет он, перебирая пальцами на моей груди.
Обводит ее, сминает. И лишь его частое и горячее дыхание обжигает кожу.
Давид убирает руки с моей шеи и груди. Не отпуская меня взглядом, берет в одну руку мои запястья и отводит их за спину. Хочу возмутиться, но он губами накрывает мой рот и лишает такой возможности.
Удерживает мои руки за спиной крепко. Я не могу освободить их.
– Тихо, зайка, – шепчет он. – Я ничего плохого не сделаю. Доверься мне.
Касается губами в разрез платья, а свободной рукой ведет по ноге вверх.
"
"– Давид, – опять прошу я и дергаю еще раз руками. Бесполезно.
Давид молчит. Губами скользит по ткани на моей груди. И вдруг ощущаю его пальцы у себя между ног. Опять дергаюсь, пытаюсь встать, но Давид удерживает меня.
– Тихо, не дергайся, – усмехается, глядя мне в глаза, – Василиса. Сейчас.
И вот он уже проводит пальцами по моим трусикам, чуть надавливая. Я удивленно смотрю на него и прикусываю губу, потому что из груди вырывается стон, а не просьба о помощи.
– Вот, видишь, – улыбается Давид. – Сейчас, зайка.
Он подцепляет большим пальцем край трусиков и его пальцы касаются кожи. Там. Где еще никто не касался.
– Сука, увидеть хочу, – хрипит Давид, вынимает руку из трусиков и немного отодвигает меня от себя.
Тянет мои руки назад и я отклоняюсь. Он быстро задирает платье и опять пальцами отодвигает трусики.
Я краснею от всего происходящего. Закрываю глаза. И чувствую, как что-то проникает в мой рот.
