Первым делом прошу службу безопасности пробить общагу. Нет.
Следующий на очереди – гондом Игорь Сергеевич. Ну, мало ли. Кто ее знает, что она еще придумала? Но и он не видел ее с тех пор, как притащил ее в клуб.
В больнице она тоже не появлялась.
Телефон Василисы все еще выключен. И значит отследить его не получится.
Ну, не могла она пропасть. Ей и идти-то особо некуда.
Прошу подключиться к поискам не только службу безопасности, но и знакомых в полиции.
Я ничего такого не сделал, чтобы вот так пропадать. А вдруг она опять куда-то встряла?! Эта мысль все чаще посещает меня.
Надо было запереть ее, все-таки.
Так проходит весь день. А уже утром следующего дня вдруг приезжает отец. С Тимуром.
Прямо с утра. Я, конечно, уже не сплю, но все равно странно их видеть у себя в такую рань.
Значит, случилось что-то серьезное.
– Где жена? – с порога спрашивает отец и по его тону я чувствую, что он сильно недоволен.
Он проходит и осматривает дом.
– Василиса ушла, – говорю правду.
Отец кивает, сжав губы.
Смотрю на брата – он отводит взгляд.
– Что же это за жена, – спрашивает отец, – которую надо службой безопасности искать?
Ничего не отвечаю. Он что-то знает. Это точно. Я прекрасно знаю отца.
– Не ищи ее больше, – вдруг произносит он и серьезно смотрит на меня.
Я хмурюсь, но спросить не успеваю. Отец сам говорит.
– Помнишь, нам пришлось выкупать квартиры в доме, чтобы снести его и построить там торговый центр?
– Ну, что-то было, да, – мне не нравится его тон.
– Владельцем всех квартир оказался один человек.
Отец берет паузу. Пристально смотрю на него.
– И этот человек – отец твоей жены! – выдает он.
Я не могу даже ничего произнести в ответ. Чего?!
– Но и это не все, – продолжает он. – Он стал владельцем квартир буквально незадолго до выкупа. И большинство бывших владельцев бесследно исчезли, отписав ему свои квартиры.
– Подожди, – мотаю головой, – ты хочешь сказать…
– Да, Давид! Отец твоей жены был «черным» риэлтером. Но он работал не один, естественно.
– Но… откуда ты знаешь? Это точно?! – я не могу поверить услышанному.
– Точно, – как приговор произносит отец. – Служба безопасности откопала. Надо было проверить ее сразу же! А я тебе поверил! «Хорошая девочка», «девственница»… Ты хоть в этом-то уверен?
Я хмурюсь еще больше и отворачиваюсь.
– Но что это меняет? – спрашиваю, упираясь взглядом в стену.
– Все! – жестко говорит отец. – Все меняет! Если ты не понимаешь, я объясню тебе. Это клеймо на всю нашу семью.
