К тому моменту мадемуазель Вивьен умудрилась счастливо влюбиться в соседского гувернёра, в доме которых им приходилось бывать, и графская чета с облегчением выдала дамочку замуж, сделав на свадьбу щедрый подарок.
Собственно, поэтому они и искали для себя на эту должность не возрастную и опытную, как было принято и в целом логично для той эпохи, а образованную и более прогрессивную, что ли, учительницу из числа лучших учениц Смольного. В надежде на то, что молодость легче сдвинуть с мёртвой точки общественных убеждений и повернуть в более желательную для них сторону.
Не знаю уж, как там Марта расстаралась в рекомендательном письме, но данная ей характеристика устроила притязательных в этом вопросе графов. И вот я здесь.
Но возвращаюсь к тому, что же так удивило меня в комнате Серафимы.
Когда мы вошли в это небольшое помещение, мне показалось, что я попала в некий музей кружева. Не слукавила бабуля, когда говорила, что сызмальства плетёт — оно было везде.
Помимо ажурных салфеток как таковых, им было оплетено всё, что вообще поддавалось подобной обработке: окантовка светлых шторок, скатерть на столе, накидка на уютное кресло, кроватное покрывало, из под которого, в свою очередь, тоже выглядывал богатый подзор*, до самого пола опускаясь широкой сборкой. В общем, кружево на кружеве.
— Не хватает только кружевного ковра. - внутренне улыбнулась я, — А что, смотрелось бы красиво. И дорого… Ей бы сюда ту самую машинку, которой баба Нюра шнуры плела — вот бы диковина была! — неожиданно вспомнилось из прошлой жизни, — А то ли взять, да вспомнить ту конструкцию — я же её своими руками разобрала и собрала! Да ну… С моей-то ""рукодельностью""…
Ладно, оставим бредовые идеи и займёмся реальностью.
С этого момента началась более-менее складная жизнь в графском имении. С Серафимой мы, можно сказать, подружились. Девочки, заметив расположение няньки тоже легче пошли на контакт. Младшую предстояло обучать с азов.
Тестирование Александры показало, что базовыми знаниями она владеет, но и только. Но с ней, как раз всё обстояло довольно просто — старшая сама была готова обучаться. Её доверие ко мне росло с каждым занятием — новой гувернантке было чему научить любознательную девочку.
С Лизонькой приходилось идти на всяческие ухищрения, облекая обучение в игру — она была не очень-то усидчивой. Что не делало её менее славной.
