Если ему плохо, то я всегда готова помочь.
Через двадцать минут я уже сижу в кафетерии, сжимая в холодных ладонях чашку капучино.
Даня появляется минут через десять. Уставший, немного растерянный.
— Привет, — рассматривает меня. Киваю, пытаясь улыбнуться. Даня заказывает себе кофе и молчит. — Что случилось? — разрываю напряженное молчание.
— Да полный пи*дец, Ди, — качает головой. — Сервис закрыли, кучу проверок ни с того не с сего натравили. По налогам, оказывается, у меня какая-то херня. Все, бля, на ровном месте, — сокрушается.
Данила почти никогда не матерится. Если он заговорил матом, то значит, все действительно плохо.
— Я ничего не понимаю. Почему закрыли? За что? Что с налогами? У тебя же вроде все прозрачно было.
— А я тоже так думал, — разводит руками. — Но оказалось, что сервис мой построен незаконно, это вообще муниципальная земля. И налоги я тоже обходил. Нет, там был небольшой косяк с Рафиком, он «по-чёрному» у меня числился. Но мне впаяли такой штраф, словно я держу сотни нелегалов.
В общем, встрял я.
— Ну так же не бывает, на ровном месте! — возмущенно произношу я. — Нужно разобраться. Адвоката…"
"— Нужно разобраться, да… — вздыхает, заглядывая мне в глаза. — Только знаешь, что самое интересное?
— Что?
— Буквально сегодня утром мне позвонили и сообщили, что мои проблемы организовала мне ты.
— В каком смысле я? Кто звонил?
Ничего не понимаю.
Что он несет?
— Не знаю я, Ди, кто звонил, мужик какой-то, номер незнаком, — листает в своём телефоне контакты и демонстрирует мне номер.
— Я не знаю, кто это. Я вообще впервые слышу о твоих проблемах! — начинаю нервничать.
— Да, я верю, верю. Просто странно это все. Какие у тебя трудности, Ди? Тоже же не все в порядке?
— Да, я просто хотела продать машину и уехать в Питер. Помнишь, ты говорил про своего дядьку? Вот и все мои трудности. Они никак не связаны с твоими.
Говорю и сама себе не верю. В голове нехорошие догадки. Но я не хочу в них верить…
Даниле я, конечно, ничего не сказала о догадках. Со своими проблемами лезть к нему тоже не стала.
Но с этого дня во мне зародилось ноющее чувство безысходности. Словно уже все решено за меня.
Еще через пару дней на Данилу завели уголовное дело. А я опять все молча глотаю, не желая верить в очевидное.
Еще через неделю моего отца уволили с работы за хищение. Ему оставалось всего три года до пенсии. А теперь его не возьмут никуда, кроме как дворником или разнорабочим. У папы гипертония, хронические заболевания почек.
