Белая дама"
"Тот вечер Надя провела в компании Сергея, в его обсерватории, которая располагалась на крыше флигеля правого крыла. Они долгое время смотрели на ночное небо в необычный сферический телескоп, сконструированный Чернышевым, и граф с воодушевлением рассказывал девушке о звездах, планетах, звездной туманности и о Вселенной. Его рассказы и голос завораживали, а его поцелуи и постоянные объятья приводили в трепет ее сердечко. Еще никогда Надя не была так счастлива, как в этот вечер. Молодой человек ни на минуту не отпускал ее от себя, постоянно прикасаясь то к ее руке, то к талии, то просто ласково обнимал сзади, когда она с нескрываемым интересом смотрела на далекие звезды в преломлении хитрых стекол.
И, чуть склонившись над ней и уткнувшись лицом в ее волосы, собранные в хвост, он ласково шептал о том, что звезда Толиман – тройная звезда, входящая в созвездии Центавра, имеет бело-жёлтое свечение, и это одна из самых ярких звезд на небе.
Уже около полуночи, не желая расставаться, молодые люди поднялись на лифте-диванчике наверх и, держась за руки, направились в сторону центральной части особняка.
Приличия требовали, чтобы Наденька оставалась на ночь в своей спальне, как сказал Сергей, иначе бы пострадала ее репутация, а вот после венчания ей дозволялось проводить с ним хоть всю ночь напролет. Оттого молодой человек не переходил грань страстных поцелуев и объятий, каждый вечер провожал девушку до ее спальни и, страстно поцеловав на ночь, отпускал ее в комнату и, вздыхая, отправлялся к себе.
Войдя в спальню около полуночи, Надя, окрыленная и влюбленная, осторожно прикрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Она услышала удаляющиеся шаги Сергея и ласково улыбнулась. Она была поистине счастлива в этот миг, ее душа пела, а сердце переполняла любовь к этому мужчине. Сегодня они весь день провели вместе. Теперь по утрам и часто в другое время она помогала графу в лаборатории, когда он занимался своими изобретениями и изучениями. Это нравилось ей, ведь она могла быть полезна ему и не слонялась без дела по дому.
Наконец-то она нашла себе занятие, причем рядом с тем, кто был ей дорог, и самое главное, что ему тоже это пришлось по душе, и он был рад ее присутствию и помощи.
Она долго стояла так, прислонившись к двери, и, подняв голову, созерцала нарисованных на плафоне прекрасных нимф, играющих в морской пучине. И в эти моменты она чувствовала себя такой же беззаботной радостной нимфой, которая ликовала, потому что любит и любима.
