Если появится, – накидывает пальто и мне подмигивает.
– Что значит «если появится»? – невольно еще раз сканирую шикарный автосалон, вспоминаю отзывы об этой сети. Все хорошие, правда, в них разные фамилии гендиректоров упоминались. – У нас иностранное начальство? Из-за границы руководит?
– Ага, можно сказать и так, – кивает и становится мрачной. – Если зайдет, ты его не доставай расспросами. Лучше вообще не отсвечивай. Прикинься мебелью. В принципе, он именно так всех здесь и воспринимает, – хмурит идеально очерченные брови, и я следую ее примеру.
Не понимаю, что происходит и что за чудовище их босс. Точнее, теперь и мой тоже. – Но ты не подумай, зарплату тут платят вовремя, спасибо Нине Александровне, буху нашему. Делать почти ничего не надо, потому что к нам редко кто-то заходит. Да и то случайно. Кроме тебя, здесь еще охранник. Ваня. Не испугайся, он обычно дрыхнет в подсобке или в игры гоняет целыми днями. Но иногда выползает потрындеть. Могут еще ребята забежать из автосервиса, он здесь недалеко.
Тоже к нашей сети относится. Они классные, шабашат там на себя, пока боссу плевать.
– Мда… Почему увольняешься? – уточняю, доставая влажные салфетки и вытирая круги кофе с поверхности стола. Двумя пальцами беру пластиковый стаканчик со следами губной помады на ободке и отправляю его в мусорку.
– Устала, – пожимает блондинка плечами, а я недоуменно глаза округляю. – Ну, а чему ты удивляешься? Знаешь, как время тянется, когда работы нет? Сидишь, как памятник, тухнешь и пообщаться с людьми нет возможности.
Я к партнеру босса решила перевестись, там вроде поживее дела идут.
Взмахнув ладошкой, разворачивается и спешно шагает на выход.
– Стойте, а где каталоги с ценами и характеристиками? – спрашиваю испуганно.
Озираюсь вокруг, скольжу взглядом по автомобилям. Я один от другого отличить не смогу. Все эти значки мне ровным счетом ни о чем не говорят!
– Зачем? Сказала же, нет клиентов. Думаешь, шучу? – закатывает глаза. А потом шепчет заговорщически: – Я слышала, что босс вообще все продать планирует или передать кому-то.
Ну, кстати, может, при новом руководстве с мертвой точки и сдвинется что-то, – хмыкает, касаясь длинными ногтями подбородка. Будто размышляет, не зря ли уходит, но следом отрицательно головой качает. – Ой, хотя, когда это будет. Почти четыре года все загибается. И распродается по частям. Смотри, чтобы тебя случайно не продали, как элемент декора, – хихикает, довольная своей глупой шуткой.
