Глава 30
Тимур
«Поговорить дома» оказалось не так просто, как я думал.
Стоит мне повернуть ключ в замке и толкнуть дверь, как Владик, протиснувшись между мной и деревянным полотном, вихрем влетает внутрь. Успеваю лишь ударить по включателю, чтобы свет залил просторный холл, а малыш не споткнулся о свои же игрушки. Однако он умело лавирует между ними, на автопилоте летит к главному подарку – и, не скинув даже верхнюю одежду, запрыгивает в синий кабриолет.
– Би-ип, – радостный голос звучит в унисон с игровым сигналом.
"
"Владик жмет на все рычаги и кнопки, которые попадают в зону его досягаемости. И машинка становится похожей на новогоднюю елку: мигает фарами, переливается боковыми маячками, заливается звонкими, отрывистыми мелодиями.
Небрежно опустив ключи на тумбочку, из коридора наблюдаю, как мальчик с одержимостью опытного водителя резко трогается с места. Сбивает плюшевого медведя по пути, крутит руль возбужденно – и «не входит в поворот». Врезается в диван, тут же испуганно бросает педали.
– Авар-лия, – сообщает он, глядя на меня виновато.
Мой дом превратился в оживленную трассу, на которой перевернулась груженая фура, а все содержимое рассыпалось вокруг. Только вместо асфальта – паркет, а в роли непутевого дальнобойщика выступает Владик. Но почему-то меня бардак не напрягает. И даже не вызывает никаких неприятных ассоциаций. Наоборот, шум, детский голос и мультяшные звуки помогают переключиться и забыться на мгновение. Влиться в чужую жизнь, почувствовать себя ее частью, представить, что в пустом, молчаливом, холодном особняке живет полноценная семья.
И не чья-либо, а моя. Пусть это не так, но… я все же улыбаюсь ребенку.
– Значит, выпишем тебе штраф, – поддерживаю его игру, скидывая куртку. – Права заберем, а машину на штрафстоянку.
Владик растерянно чешет лоб, сбивая шапку, и из-под нее показываются влажные волосы, темные, с необычным пепельным налетом.
– Не-е, не надо, – тянет он. – В пер-лвый р-лаз прощают, – хитрая улыбочка обезоруживает меня.
Кажется, этому мальцу я готов простить все, что угодно, и много раз.
Зеленые глазки-пуговки прищуриваются, настороженно глядя куда-то за мою спину.
– Эх, инспекторл, – обреченно выдыхает Владик, «съедая» и чуть коверкая окончание слова, а сам начинает выбираться из кабриолета. Неуклюже, цепляясь ногами за бортик, путаясь в своей объемной куртке.
– Извините, Тимур Викторович, я сына переодену и в комнату отведу.
