Я, конечно, знал, что Даша использует ее в качестве барьера, но надеялся, что она переложит малышку после того, как она заснет, и даже предложил незаметно перенести кроватку, но большая вредина заявила, что Таечка прекрасно выспится и на кровати, если я не задавлю ее своей тушей.
– Ты сегодня любишь папочку, да? – продолжал я ворковать, пользуясь случаем и тем, что малышка пребывала в хорошем настроении.
– Йай! – взвизгнула она, дрыгая голыми ножками. В квартире было тепло, так что малышка была налегке, одетая в боди с короткими рукавами.
Обычно Даша надевала поверх колготки, но сегодня решила дать ребенку отдохнуть от лишней ткани, сделав ей массаж с детским маслом.
– Она не скоро заснет, – вздохнула Даша, лежа на самом краю. Было видно, как она нервничает, и я даже почувствовал укол вины за то, что заставляю ее так сильно переживать. Но должен же я сделать так, чтобы она привыкла!
– Ну и пусть. Главное, что она счастлива и не орет, – попытался я разрядить обстановку, полностью сосредоточившись на дочери, что было совсем нелегко.
Хоть на Даше и была на первый взгляд невинная пижама, состоящая из фланелевых брюк и футболки, но за счет того, что она лежала на боку, положив ладошки под щеку, мне открывался слишком соблазнительный вид на ее декольте. Даже несмотря на спортивный лифчик, который она зачем-то надела, к моей досаде, ее грудь просто взывала ко мне, и я пытался как мог не смотреть в этом направлении, что было ох как непросто.
– Мне понравилась твоя мама, – продолжая наблюдать за тем, как я играюсь с дочерью, прошептала она.
– Она у меня классная, – согласился я, вспомнив, что втянул ее в свою аферу. Боюсь, узнай Даша все подробности, она не показалась бы ей такой милой.
– А я вот своей совсем не помню, – грустно вздохнула Даша, не сводя глаз с Булочки. – Я была очень маленькой, когда ее не стало. Юля была постарше и понимала, чего лишилась.
Жизнь с отцом ожесточила ее. Она не такая, как я. Не понимает, что отец делал всё, что было в его силах… – Видимо поняв, что невольно поделилась сокровенным, она замолчала.
– Ты слишком добрая, Дашуль, и ищешь эту доброту в других. Твой отец и сестра стоят друг друга, – не сдержался я от высказывания. Меня бесило то, что Даша видела хорошее в тех, кто этого совсем не заслуживал.
– Это не так! – ожидаемо возразила она.
