– Могу дать номер телефона того, кто этим занимается.
Семен взял с журнального столика коробочку и протянул мне.
– Откройте, пожалуйста, и скажите ваше мнение о вещице.
Я послушно подняла крышку и рассмеялась.
– Какая прелесть! Брошка в виде кота!
– Очень милая, – согласилась Вероника. – Сделана в Италии в середине двадцатого века. Никому из великих не принадлежала. Нажмите котику на хвост.
Я выполнила просьбу.
– Ой! Брошка открывается, это часы!
Семен посмотрел на жену, та кивнула.
– Я же говорила! Золото и бриллианты Таню не впечатлят, и ей все равно, что часы когда-то носила некая знаменитость прежних лет.
Вот забавная кошечка придется по вкусу. Примите безделицу в знак нашего уважения и простите Соню."
"– Пожалуйста, не отказывайтесь, – попросил Пшенов. – Штучка милая, но не раритет, массового производства. После окончания Второй мировой войны люди захотели что-то милое для себя… Часики эти надо носить, как брошь. Разрешите приколоть их к вашей одежде?
Я кивнула.
– Спасибо, они замечательные!
Жена посмотрела на мужа.
– Ну, начинай.
Семен тихо кашлянул.
– Татьяна, Владислав уезжал, чтобы кое-что взять из сейфа, в котором хранится коллекция часов моего отца, Михаила Заикина. Я первый сын госпожи Ломоносовой, тот, кого она родила в двадцать лет. Меня забрала бездетная семья, у меня были лучшие родители. Потом он позвонил мне, сказал, что один шкаф не открывается, система требует отпечаток моего пальца. Поэтому я спешно отправился в хранилище, а оно не в Москве. За короткое время нашего отсутствия случилось целое расследование, и наш семейный совет принял решение сообщить вам, Коробкову, Ивану Никифоровичу и Егору правду.
Софья Николаева, младенец, которого родная мать бросила в зале ожидания на вокзале, детдомовка, медсестра и ныне экономка в нашей семье – моя сестра. У нас одна мать, Карелия Андреевна, и один отец, Михаил Заикин. Я узнал об этом случайно. Сонечка, покажи ножку.
Девушка сбросила домашнюю туфлю.
– Вот. Мизинца нет на левой ноге.
– Этот дефект есть и у меня, и он был у нашего отца, – пояснил Семен.
– У него тоже отсутствовал палец. Я узнал правду о своем происхождении, когда стал «зайкой». Случайно. Михаил споткнулся, начал падать, я его успел подхватить, спросил: «Что случилось?» Он ответил: «Обо что-то зацепился, похоже, сломал палец». Поехали в травмпункт. Заикин не хотел, чтобы я в кабинете врача во время осмотра оставался, а я не ушел. Тогда он усмехнулся: «Ладно! Все равно бы пришлось рассказать».
