И была очень стыдлива, не переодевалась при костюмерах. Вероятно, она тогда была беременна? Не хотела, чтобы об этом догадались люди? А теперь вспомним, что девушка на премьере ленты предстала красавицей. Что сказал доктор Розенблюм об удивительном преображении трех своих пациенток?.. А еще Виктор Михайлович рассказал, что Карелия отказалась от первого ребенка, здорового мальчика, его передали в дом малютки. Дальнейшая судьба его Розенблюму не известна.
– Так, – кивнул Егор. – Кто счастливый отец? Режиссер? Оператор? Партнер по фильму? Или, может, художник Михаил Заикин, с рассказа о котором Димон начал беседу? Не зря же он нам такой доклад сделал!
– У Игоря Косова, режиссера картины, был друг, художник Заикин, – продолжил Коробков.
– Тот часто приезжал в павильон, где и познакомился с Карелией. Вскоре после их знакомства девушка переехала жить к очень пожилой даме, профессору, медику. Та нуждалась в общении, поэтому с радостью сдала комнату милой девушке, которая тогда набиралась знаний в медучилище.
Звали даму Иоланта Федоровна Печерская. У нее не было ни родных, ни детей, ни внуков, ни братьев, ни сестер, вообще никого. Хозяйство Печерской вела приходящая совсем юная медсестра, та работала в больнице не каждый день, в свободное время помогала Иоланте. Когда здоровье окончательно подвело пожилую даму, ей понадобилась еще одна помощница, которая заменяла бы медсестру на время ее отсутствия. Вот тогда у Иоланты поселилась Карелия. Кто ее посоветовал?
– Этого мы никогда не узнаем, – ответила я.
– Ну почему же? – откликнулся Коробков. – Не следует забывать крылатое выражение «книга – источник знаний». Незадолго до своей кончины Иоланта написала мемуары… Сейчас, уно моменто… – Димон уставился в один из своих ноутбуков. – Цитирую: «И, конечно, хочется поблагодарить милых, тогда совсем юных девочек, студентку медучилища Карелию Ломоносову и медсестру Ксению Бубнову. Они поддерживают меня и делают счастливой. Я захотела их наградить и завещала помощницам свою квартиру в равных долях».
– Ксения Бубнова? – переспросила я. – Это же верная домработница Ломоносовой!
– Придется нанести ей визит, – пробормотал Егор.
– Сейчас посмотрю, что о женщине есть, – произнес Коробков. – Лучше ехать, вооружившись информацией.
Глава тридцать третья
– У вас есть вопросы? – поинтересовалась Ксения Владимировна, глядя на меня в упор. – Готова побеседовать, но мое время стоит денег. Это самое ценное, что есть у человека, уходит быстро, назад не возвращается.
