Я в детстве очень завидовала одноклассницам, когда отцы приводили их в школу и несли в руках портфели и сменку в пакетах. Я вот свой портфель тащила сама, зло вцепившись в мягкие лямки маленькими замершими ручками. Мама пару раз пыталась забрать у меня портфель, но я яростно отбивалась. В моей картине мира только отцы носят портфели дочерей. Не мамы, а именно папы.
— Нет у меня отца, — поскрипываю зубами.
— Оно и видно.
— Да вы что?
— Мужчин боишься.
Мое лицо сминается в гримасу пренебрежения. Тебя, неуважаемый Виктор, я оправдано опасаюсь.
Ты за мной погоню в стриптиз-клубе устроил и неизвестно, чем всё могло окончиться, если бы я не убежала.
— Развод?
— Нет, — прикрываю веки и закатываю глаза, — он испарился задолго до моего рождения.
— Харе Кришна, — зло выдыхает Игорь, и Виктор, кинув на него беглый взгляд, согласно кивает.
— Хотела бы с ним встретиться?
— Виктор, — я разворачиваюсь к нему вполоборота и сердито свожу вместе брови, — давайте поговорим лучше о кофе, ваших особых предпочтениях, кровати с ортопедическим матрасом и о том, что вам нужна очень доступная помощница.
Вы не имеете морального права нос свой любопытный совать в чужую семью. И нет, встретиться с отцом я не желаю, потому что мне будет нечего ему сказать кроме того, что он му… — я медленно выдыхаю и тихо говорю, — нехороший человек. Короче, как сказал Игорь, Харе Кришна.
Молчит и в глаза смотрит. Я взгляд не отвожу, потому нечего тут задавать неудобные вопросы, которые трещинами в сердце расходятся.
Я сама себе запрещаю думать о том, кто мой отец и размышлять, что бы я ему хотела сказать при встрече.
Лишь полтора процента людей на Земле могут похвастаться зелеными глазами, и, надо признаться, есть в них что-то колдовское и притягательное. Я уже не из-за упрямства и злости в них вглядываюсь, чтобы доказать, какая я дерзкая. Нет. Виктор бессовестно загипнотировал меня, и я затерялась в его зрачках.
— Согласен, — он улыбается уголками губ, — я задал слишком личный вопрос.
Машина мягко и с приятным шуршанием асфальта под колесами паркуется, и я торопливо из нее выползаю.
Оправляю юбку, приглаживаю волосы и одергиваю себя. Со стороны я, наверное, выгляжу так, будто привожу внешний вид в порядок после обжимашек с Виктором на заднем сидении, а я лишь пытаюсь собрать мысли в кучу. Я могла не капризничать и устроиться официанткой, а теперь меня ждет каторга под началом мужчины, который не отличается порядочностью.
Поднимаю взгляд на хмурое небо.
