А может, дело вовсе не в побочном эффекте проклятия? Вдруг это была любовь? Настоящая, не придуманная и не наигранная, такая, как та, что подарила ее сводной сестре Гертруде снежную сказку. Под влиянием такой искренней и бескорыстной любви Снежана из шкодливой пацанки превратилась в прекрасную леди, в глазах которой при виде мужа загорались звезды."
"И Клотильда тоже осознавала, что неуловимо преображается рядом со своим эррисаром, и только с ним. Той ночью в комнате Закарии она чувствовала себя королевой. Необходимой, желанной, вызывающей уважение и восхищение.
А потом все пошло наперекосяк. И вместо того чтобы остаться с избранником и добиться-таки его внимания, как учила мама, девушка гордо ушла. Ну не дура ли? А впрочем, может, оно и правильно. Ведь жених, считающий невесту менее важной, нежели все остальное, вряд ли стал бы прислушиваться к ее мнению в законном браке. Быть же красивой ширмой при этом мужчине Клотильда не хотела. С ним, как ни с кем другим, она желала получить либо все, либо ничего, и, к сожалению, так оно и вышло.
Подобрав пышные юбки, белокурая красавица отправилась в сад, желая уйти от головокружительного веселья, радостных улыбок и излишнего внимания Ингольва, обижать которого не хотелось, так как он ей нравился, но и принять его ухаживания девушка оказалась не готова. Другой мужчина занимал ее мысли, заставляя страдать разбитое сердце. И пока эта рана не затянется, Тиль решила не начинать новую охоту за мужем. Потом… через месяц или через два, в крайнем случае через полгода она непременно найдет себе подходящего кандидата здесь или в крыле тьмы, куда ее лично пригласил лорд Аарон Хэйс, а может, и воскресит в себе былую симпатию к лысому магу света.
Все возможно. Сейчас же девушка хотела уединения, и поэтому мужской голос, раздавшийся за ее спиной, не сильно обрадовал улизнувшую с праздника Клотильду.
– Леди куда-то торопится? – повторил свой вопрос незнакомец, а сердце Тиль сжалось от едва уловимого сходства интонаций этого человека и ее бывшего жениха.
Остановившись, она медленно обернулась, стараясь не выдать волнения, и… разочарованно вздохнула, увидев не мохнатое чудовище в расшитом балахоне, а высокого широкоплечего брюнета с короткими волосами и черными как ночь глазами, внимательно наблюдавшими за девушкой. Он был симпатичным, но не красивым, и тем не менее что-то в нем Тиль зацепило.
– Простите, лорд, – сделав книксен, сказала она, – но мне бы хотелось прогуляться по саду… одной.
