Крышка с грохотом потерявших натяжение цепей полетела вниз, чтобы разбиться вдребезги от взмаха изящной женской ручки с золотыми ноготками, которая ловко поймала освободившийся от стеклянного плена кристалл. В тот же миг в лорда тьмы одновременно ударили волна света и снежный вихрь, оторвав парня от девушки и вышвырнув с каменного возвышения… для его же безопасности. А потерявшая «принца» красавица поднялась на ноги и, ничуть не стесняясь своей наготы, посмотрела на нас.
– С пробуждением, леди, – поприветствовал ее Гримм, разорвав повисшую тишину.
Девушка остановила на нем взгляд желтых, как у духов света, глаз, чуть прищурилась и попросила:
– Одолжишь мне свой балахон, мохнатик?
Голос у этой особы, как и следовало ожидать, тоже был идеальный. Красивый, сильный, певучий и в то же время без резких ноток, режущих слух. Перед нами стояло само совершенство и, мягко улыбаясь, ожидало, когда ее наконец оденут. Естественно, отказать златовласке Закария не смог. Он словно зачарованный начал стягивать с себя расшитую золотом мантию, не думая о том, что под ней больше ничего нет.
Зато об этом подумала Клотильда, которая дернула за рукав Ингольва и попросила, чтобы он, а не «оборотень», поделился с разбуженной девицей своим нарядом.
– Я не против, – обратив взор на мага света, обворожительно улыбнулась обнаженная блондинка. Спустя минуту ее уже закутывали в длиннющий балахон с глубоким капюшоном и, придерживая за руки, помогали покинуть усыпальницу.
– Вы меня специально долбанули магией, чтобы не мешал? – потирая ушибленный бок, спросил наследник крыла тьмы, снова поднимаясь по ступеням к нам. Парня заметно пошатывало, шаги были тяжелые, дыхание рваное – досталось ему, похоже, основательно. Или проблема крылась в чем-то другом? – Лорд Аарон Хэйс. – Брюнет умудрился, несмотря на свое состояние, отвесить поклон незнакомке, вокруг которой суетились почти все мужчины, кроме Варга и Гидеона, оставшихся стоять рядом со мной и мрачной Тиль.
Судя по выражению лица, моей компаньонке все происходящее было не по вкусу.
– Ева, – сказала златовласка.
– Просто Ева? – недоверчиво уточнил молодой человек.
– Евангелина, – кивнула она, откидывая за спину золотые пряди, доходящие ей до самых щиколоток.
– Гримуар привел нас к тебе… то есть к вам, Евангелина. – Я разглядывала ее с гораздо большей настороженностью, чем мужчины, которым, похоже, красота новой знакомой отключила мозги.
