Жену свою курицей будете звать, раз её мозги настолько малы, что позволили связать себя узами брака с таким парнокопытным существом!
Да она издевается! Какого черта я должен всё это выслушивать? Хамка!
— По твоей заднице ремень плачет, детка. А язычок свой лучше приструни сама, если я собственноручно возьмусь за него — сильно пожалеешь!
— Отрежете что-ли? Ахаа-ха… бросьте, вам он точно не сгодиться. Яду много! Вызывает аллергические реакции. Хотите проверить?
— Раздвоенный, как у змеи? — заинтересованно приподнимаю бровь и делаю хищный оскал, снимая медленно испорченный пиджак.
Она странно начинает вглядываться в мои глаза, потом на мой рот, окидывает взглядом структуру моего тела, изучая каждую мышцу, от чего у меня по коже прошла лёгкая дрожь. Моё тело часто разглядывали женщины: похотливо, с вызовом, давая сразу понять, чего они хотят от меня. То, как это делала она, приводило в замешательство. Как будто ребёнок разглядывал новую игрушку. Я уставился на её мокрую грудь, залитую горячим капучино и меня как-будто осенило.
Надо бы подать руку и помочь встать, а ещё посмотреть, нет ли там ожога. Какого хрена я завёлся на девчонку? Ведь если разобраться, то я тоже виноват в столкновении. Сегодня явно не мой день! Впрочем, как и всегда, каждый год в эту дату…
— Дай мне руку. — более спокойным тоном произношу и делаю шаг на встречу, протягивая свою правую ладонь. Она изучающе оценила мои пальцы и резко сделала попытку встать самостоятельно, морща при этом лицо. Что за…? Вот ведь упрямая малая… — Давай помогу!
— И без Ваших медвежьих услуг обойдусь! — как-то обижено выдавила.
Тут моему терпению пришёл конец и я, подхватив её мелкое тело под мышки, вздергиваю вверх, ставя на ноги, при этом удерживаю, чтоб окончательно обрела равновесие.
— Угу… Гордая, что-ли? Обойдётся она. Покажи-ка… — подцепляю горловину футболки пальцами и оттягиваю на себя так, чтобы рассмотреть ожог. Хрен его знает, зачем я это сделал. То ли перебрал за ночь и мозг перегрелся, то ли заботой проникся, то ли сработал инстинкт охотника, но точно не самосохранения! Идиот! Сказал бы мне Костя, увидев картину, как я охреневал, наблюдая вид сверху двух аккуратных соблазнительных полушарий с ложбинкой и торчащими, розовыми сосками сквозь прозрачный кружевной лифчик.
Мать твою! Стряхиваю голову от наваждения и пытаюсь прийти в себя, как в этот момент, та самая строптивая малолетка врезает хлёсткую пощёчину и удирает прочь, бросая на ходу пару ласковых.
