то есть, я имела ввиду, возмутительно!.. И если Вы запамятовали, дорогой зять, то я здесь живу! Имею право являться когда захочу и куда захочу!
Теща пискнула и тотчас отвернулась, в очередной раз заливаясь румянцем и заикаясь от увиденного. Да идите Вы в жопу со своей моралью! — подумал я в сердцах. Какого хрена до сих пор оставаться в комнате молодожёнов? Меня мать родная так откровенно не разглядывала, как эта непредсказуемая женщина! Чувствую себя выдающимся племенным самцом крупного рогатого скота! Прям бык-осеменитель, бл**ть!
— Я в курсе, что моя задница «ОХ», Людмила Петровна! — глубоко вдохнув, набираюсь наглости, так как раздражение уже щекотало нервы.
— Давайте без этих ваших ёлочных палок! Не стоит так пялиться на зятя! Я бы с радостью оделся, если бы Вы мне позволили это сделать. В следующий раз захвачу скафандр, чтобы не шокировать своим видом. Надеюсь, Вы оценили меня по-достоинству?!"
"— О, простите, Дима, я уже ухожу. — обиженно пролепетала.
— Вы просто шокировали м. меня… и заметьте — не один раз! Жду Вас с Линой к завтраку. Я хочу серьёзно поговорить, особенно с Вами, перед тем, как позволю своей дочери покинуть мой дом в качестве вашей супруги! У меня сердце слабое и таких частых потрясений я не выдержу.
Принесла же нелёгкая, да ещё в такую рань. Начало седьмого утра! После пережитой чудесной ночи с Ангелиной мой организм, давно подстроившийся под ежедневную рутину, этим утром отключил биологические часы, восстанавливая утраченные силы на полную катушку.
Я даже будильника не услышал. Утренний стояк обычное дело для здорового мужика с физиологическими потребностями, только вот зная, что за дверью в ванной находится моя любимая, соблазнительная, мокрая девочка в голом виде, я испытывал не совсем обычное влечение. Мощные импульсы болезненно пронзали ствол насквозь до самого кончика влажной, изнывающей головки, кажется, её сейчас разорвёт. Необузданное желание владеть своим сокровищем настолько сложно контролировать, что я боялся сорваться.
Ей нужна передышка. Стоит дать Лине время восстановиться физически и морально. Хочу, чтобы моя девочка пришла в чувства и сама сделала первый шаг к следующему разу. Мне всегда её будет мало. Она, будто бы сладкий медленный яд, проникает в кровь и просачивается в каждую клеточку, заполняя их дурманом, возрождает меня из пепла своим прекрасным естеством, своей неиссякаемой энергией.
